Вия Целминя. Night Sky #2 (фрагмент). 1991. © Vija Celmins

Арт-суперстар из Балтии, где ты? 0

13/04/2016
Агнесе Чивле, Одрия Фишере

Довольно часто, общаясь с интересующимися искусством людьми где-нибудь за рубежом, можно прийти в замешательство, когда тебя просят назвать наиболее известного вне пределов Латвии художника из этой страны. Наступает пауза, а потом в ответ звучит пара имён, вошедших в историю искусства ХХ века. Произнесённых с робкой надеждой, что, может быть, кто-то их и знает... Если к тому же имеется возможность погуглить имя Густавса Клуциса, то, конечно, его образы сразу узнаются, хотя они никогда, по сути, не ассоциировались с Латвией как таковой. В ситуации полного отчаяния можно ещё попробовать упомянуть имя Марка Ротко, но в реальности понятно, конечно, что он и сам посмеялся бы над такой привязкой. И работы Вии Целмини до сих пор, за редкими исключениями, относили именно к американскому искусству. Хотя стоит вспомнить, что на курировавшейся Франческо Бонами выставке Pittura/Painting в рамках 50-й Венецианской биеннале после имени Вии Целмини в скобках было написано Latvia и в последнее время сама художница, принимая участие в международных выставках, всё чаще говорит о своей этнической родине (упоминание о ней прозвучало и в её обращении к гостям на открытии персональной выставки художницы в выставочном зале Венского сецессиона осенью прошлого года).

Когда рухнул Советский Союз, искусство стран Балтии, как и других бывших участников советского блока, пережило волну громадного интереса со стороны Запада. В Берлине прошла масштабная выставка Riga – Lettische Avantgarde (1988), в Нью-Йорке – сольные и групповые выставки в галерее Эдуарда Нахамкина. Работы нескольких художников попали в коллекцию искусства нонконформизма Нортона и Нэнси Додж в художественном музее Циммерли Университета Рутгерса в США и в музей Людвига в Кёльне, а работы Леонардса Лагановскиса оказались в коллекции Neue Berliner Kunstverein в Берлине. Сами художники – герои того времени – признают, что вокруг царила общая эйфория: весь мир открыт, и очередная поездка в Нью-Йорк в будущем станет абсолютно обыденным явлением. Возможно, тут сошлись некоторые внешние обстоятельства, которые и затормозили эту волну, – начало 90-х годов ознаменовалось войной в Персидском заливе и экономическим кризисом. И, как сказал в интервью Arterritory немецкий коллекционер искусства Харальд Фалькенберг, вместе с Советским Союзом рухнул и рынок искусства. Он пришёл в себя только в конце 90-х, однако, если не считать нескольких посвящённых искусству Восточной Европы крупных выставок (например, одними из самых масштабных были Gender Check. Femininity and Masculinity in the Art of Eastern Europe в музее mumok в Вене (2009) и Zacheta в Национальной художественной галерее в Варшаве (2010)), за последние десять лет интерес к Балтии почти сошёл на нет и на мировой карте искусства она стала довольно маргинальным пунктом. Однако, возможно, причина тут кроется в ином. Может быть, не хватило опыта, а может – способности использовать этот интерес в свою пользу. И по всей вероятности, как всегда – не хватило денег. Однако, возможно, что больше всего не хватало какой-то внутренней пружины, непрестанно толкающей тебя вперёд. Потому что и тогда, совсем как сегодня, на открытиях выставок и вечеринках латвийским художникам и их друзьям больше нравилось беседовать по-латышски с другими латышами, чем мучиться на английском или каком-то другом языке, стараясь поддержать small talk с абсолютно чужими, хотя, возможно, и «нужными» людьми. В то же время волна современного искусства из России и Украины росла ввысь, позволяя отдельным личностям в какой-то момент встать рядом с грандами искусства Запада – работы Олега Кулика, Дубосарского и Виноградова, Валерия Кошлякова и Влада Мамышева-Монро постоянно курсировали по выставкам самых значимых музеев мира, а теперь осели и в их коллекциях.


Кадры из фильма Андриса Гринбергса «Автопортрет». 1972. Фото из публикации Experimental Cinema in State Socialist Eastern Europe. Studies in Eastern European Cinema, Volume 7, Issue 1, 2016

Чаще всего из представителей латвийского искусства внимания престижных международных арт-институций удостаивался Андрис Гринбергс (1946). Например, его фильм «Автопортрет» (1972) пионер американского авангардного кино и литовец по национальности Йонас Мекас поместил в ряд пяти наиболее сексуально трансгрессивных фильмов всех времён, поставив его на один уровень с работами Энди Уорхола, Кеннета Энгера, Жана Жене и Джека Смита. В 2011 году на выставке Ostalgia работу Андриса Гринбергса вместе с произведениями 50 других художников из Восточной Европы выставил один из ключевых нынешних «движителей» актуального искусства – директор The New Museum Массимилиано Джиони, ставший в 2013 году главным куратором тогдашней Венецианской биеннале. Когда Arterritory задал ему вопрос, а нужно ли Нью-Йорку в настоящий момент искусство из Восточной Европы, Джиони ответил так: «Мне кажется, что Нью-Йорку всегда необходимо искусство, которое он ещё не видел». Звучит так просто и одновременно бесконечно сложно...

Организованная Arterritory в конце прошлого года дискуссия актуализировала тему о месте латвийского искусства в мире. Тогда прозвучало несколько мнений, в чём следовало бы искать корни проблемы – в проблемах коммуникации институций, в неспособности вести разговор с потенциальными заинтересованными лицами, в неполноте программы образования по искусству, в недостатке финансирования для участия в международных мероприятиях. Коллекционер и куратор Марис Витолс высказал мысль, что важным фактором, который реально придал бы ценность и актуальность искусству Латвии, могла бы стать репрезентация его в контексте мирового искусства, и создание этого контекста могло бы стать важной задачей и для кураторов, и для галеристов. В свою очередь, руководительница галереи «Māksla XO» Илзе Жейвате подчеркнула, что было бы важно, если бы интерес к местному искусству проявлялся и в местном масштабе: «Сначала мы будем коллекционировать себя сами, а после этого через наши коллекции нас начнут коллекционировать и другие». Похожую точку зрения в интервью Arterritory высказал коллекционер искусства Жан Пигоцци: по его мнению, ценность национального искусства начинает идти вверх, пробуждая международный интерес, когда им активно интересуется и его покупает местная публика.

На этот раз, когда мы расспрашивали руководителей галерей Балтии об их опыте – что же, по их мнению, является ключом к успеху художника и всегда ли окупается труд, вложенный галереей в популяризацию художника, одним из самых печальных выводов, которые приходилось слышать, была констатация: наши страны такие маленькие, что не могут сами к себе пробудить интерес и поэтому зачастую приходится просто капитулировать перед этим фактом. Создатели базирующегося в Эстонии предприятия по торговле искусством и информационной интернет-платформы NOAR Кадри Уус и Андра Орн также признают, что очень важен маркетинг самой страны на международном уровне: «Какова наша идентичность? С чем мы как страна ассоциируемся? Мы считаем, что концепт культуры очень важен! Это то, что способно заинтересовать коллекционеров».

Пусть даже нас не оставляет ощущение, что искусство Латвии и Балтии пока ещё по-настоящему не включилось в международный оборот, но всё же не хочется оставлять надежду, что это однажды может измениться. Есть авторы, которые шаг за шагом продвигаются всё ближе к высшим орбитам мира искусства. Одни – сами, своими силами, другие – с помощью галерей. Об этом свидетельствует и солидный список латвийских достижений в прошлом году, и ожидаемые художниками Балтии события этого года. Так, у художника Яниса Авотиньша в начале апреля открылась сольная выставка в галерее Rüdiger Schoettle в Мюнхене; он готовится также к двум групповым экспозициям в Париже – в галерее Alain Gutharc и к выставке претендентов на приз Prat в Palais de Tokyo (тут он стал одним из трёх финалистов). Только что закончилась выставка претендентов на Приз Калдера в галерее Pace в Лондоне, где были выставлены работы литовца Жильвинаса Кемпинаса, и он уже готовится к следующей сольной выставке в Париже. В Нью-Йорке его представляет Лио Малка, в галерее которого вплоть до конца февраля проходила выставка Жильвинаса Кемпинаса Airborne. В разговоре с Arterritory Малка даже высказался, что именно искусство Кемпинаса для него – своего рода пример искусства будущего.

Иева Эпнере уже в третий раз получила приглашение принять участие в фестивале короткометражного кино в Оберхаузене в Германии, где она покажет видеоработу «Четыре версии пирамиды». Катрина Нейбурга и Андрис Эглитис будут участвовать в биеннале Kochi-Muziris, а молодая художница Агнесе Мелбарде, выдержав серьёзный конкурс, примет участие в ярмарке Art Expo 2016 в Нью-Йорке.

Arterritory захотел узнать, каковы ощущения самих художников от достигнутого и как они оценивают свой нынешний опыт сотрудничества с галереями и другими художественными институциями за рубежом. Мы выбрали несколько авторов из Латвии, Литвы, Эстонии, которые, по нашему мнению, сравнительно успешно стартовали за границами своей страны. Были и такие, кто не захотел отвечать, и вполне возможно, что и какая-то не слишком известная в местной среде, но восходящая за границей звезда родом из этого региона так и осталась за скобками.


Ивета Вайводе. Из серии Somewhere on disappearing path. 2014

Ключ к успеху – чистое везение?

Первый вопрос, который мы задали художникам: что стало изначальным шагом, который помог им попасть на «международную орбиту»? Интересно, что почти все респонденты из Латвии подчёркивали в этом смысле значение элементарного везения. Но разве достаточно только удачи? Разве, возясь потихоньку в своей мастерской, можно с уверенностью положиться на то, что неожиданный визит куратора когда-нибудь принесёт успех?

Фотограф Ивета Вайводе(1979), работы которой были выставлены в одной из самых значительных институций в сфере фотографии в Европе – C/O Berlin, а также на Минском фотомесяце, в Институте Гёте в Мехико и в галереях Catherine Edelman в Чикаго и Taik Persons в Берлине, считает самым значительным событием в своей нынешней карьере победу в устроенном C/O Berlin фотоконкурсе в 2013 году. Благодаря этому у неё началось стабильное сотрудничество с C/O Berlin и за этим последовали также другие предложения, однако реального коммерческого сотрудничества с какой-то одной определённой галереей у фотографа пока так и не сложилось.

Известно, что живописец Янис Авотиньш (1981) стал латвийским автором, у которого сложилось вполне успешное сотрудничество с галереями из Западной Европы. Как это получилось, он нас так толком и не просветил, но коллекционеру искусства Марису Витолсу в своё время удалось понаблюдать, как художник работает и общается с людьми, потенциально заинтересованными его искусством. Он сделал вывод, что в большой мере ключ к успехам Авотиньша – его личные контакты, которые он в течение длительного периода времени наладил и с кураторами, и с коллекционерами, и эти личные отношения уже сыграли очень большую роль и всё ещё имеют немалое значение. Сам художник на просьбу поделиться своим опытом сказал: «Глядя сегодня на происшедшее, я порекомендовал бы молодым художникам не пытаться „попасть в международный оборот”, а думать стратегически. Кто может быть идеальным партнером(-ами) для долгосрочной эффективной реализации (ценности) твоих произведений? Для одного это может быть только большой западный музей. Для другого это может быть маленькая, левая, снобистская галерея. Для третьего это могут быть повар, механик, продюсер и специалистка по логистике. А про „включение в международный оборот” я сказал бы так – если ты не находишься в нём, то или тебя вообще нет, или это какая-то специфическая стратегия. А молодым художникам Латвии я рекомендовал бы сфокусироваться не на попадание в международный оборот, а на то, как не попасть в локальный тупик, выбрав стратегического партнёра(-ов), неспособного помочь тебе долгосрочно обеспечить свободу художественной практики регулярными тактическими действиями».


Янис Авотиньш. Untitled. 2015. Фото: veramunro.com

Художник Хенрийс Прейсс (1973) уже более 10 лет живёт и работает вне Латвии. Сначала в Лондоне, где он учился в колледже искусства и дизайна Central Saint Martins, а в настоящее время его местом жительства стали США, где наряду с занятиями живописью он работает преподавателем в университете Чикаго. В 2009 году Хенрийс Прейсс стал первым латвийским художником, работы которого были выставлены в лондонской галерее Уайтчепел. Годом позже он попал в список 50 лучших английских художников, после этого его работы были выставлены в галерее Саатчи, а позже вошли в её коллекцию. Хенрийс Прейсс рассказал нам, что его первое постоянное сотрудничество с James Freeman Gallery в Лондоне получилось наладить после того, как галерист посетил его мастерскую, находившуюся прямо по соседству с галереей, – «было довольно просто договориться о визите в студию. Большой плюс – если ты находишься в правильном месте, особенно в США: если ты не в Нью-Йорке или в Лос-Анджелесе, то тебе будет труднее попасть в оборот коммерческих галерей. Ключ к успеху – оказаться в нужный момент в нужном месте, но, конечно же, уже с чем-то готовым».

У эстонской художницы Лауры Польд (1984), у которой только что закончилась выставка Hundreds of Illusions Charted as Land в Тартуском художественном музее и которая вышла в этом году в финал конкурса Премии молодых художников Эстонии – Köler Prize, в своё время сложилось сотрудничество с венской Galerie Hrobsky. Она рассказывает, что первая встреча с владелицей галереи Ульрикой Якоб произошла благодаря личным контактам. «Удачная презентация портфолио гарантировала мне участие в групповой выставке в 2012 году. За ней последовала моя первая персональная выставка в Galerie Hrobsky, вторая – в выставочном зале Showroom for Young Art Galerie HrobskyGrundsteingasse. Выставка была успешной и в отношении продаж. Галеристка была поражена, продав три мои картины уже на открытии выставки. Следующая выставка прошла годом позже в главном выставочном зале галереи вместе с латвийской художницей Сигитой Даугуле, однако она оказалась для меня не такой удачной».


Иева Эпнере. Видеоинсталляция «Зента». 2004. Фрагмент экспозиции в венском Кунстхалле. 2013. Фото: Иева Эпнере

И карьера латвийской художницы Иевы Эпнере (1977) тоже складывалась постепенно, когда одно событие запускало механизм следующего. В качестве стартовой точки она называет свою видеоработу «Зента», которую десять лет назад в архиве Центра современного искусства Латвии посмотрел куратор Гунар Фриль, пригласивший потом художницу пожить в резиденции художников в Дюссельдорфе, а также принять участие в выставке Videoart from the Baltic Scene: Estland, Lettland, Litaunen в Художественном пространстве Дюссельдорфа. Во время пребывания в резиденции завязались контакты и сотрудничество со многими профессионалами сферы искусства, продолжающиеся до сих пор. Затем последовали два года учёбы в Высшем институте искусства HISK (Higher Institute for Fine Arts) в Генте, которые весьма существенно изменили динамику творческой жизни художницы: работы Эпнере попали на выставки, организуемые встреченными в институте кураторами, а сотрудничество с ними продолжалось и после окончания HISK. В качестве поворотного пункта в своей карьере художница называет фестиваль фильмов в Оберхаузене, выставки Salon der Angst в Венском Кунстхалле и «Орнаментализм. Премия Пурвитиса. Современное искусство Латвии» в Венеции. Экспонированную в рамках «Орнаментализма» видеоработу «Отречение» увидел ряд кураторы, и художница получила приглашения участвовать в нескольких групповых выставках в Европе, а также провести персональную выставку в Национальной художественной галерее в Варшаве.

Путь к успеху фотографа Инты Руки (1958) начался после участия в Венецианской биеннале искусства – в 1999 году (она представляла там Латвию вместе с Оярсом Петерсонсом и Анитой Забилевской). «Кто-то из посетителей увидел, рассказал другим, и вследствие такой цепной реакции меня пригласили в резиденцию Villa Waldberta. Было полной неожиданностью, что я встречу там Юту Миллер – директора галереи». Так началось сотрудничество художницы с галереей современного искусства Baukunst Galerie в Кёльне (там у неё прошли пять персональных выставок), кроме того, именно эта галерея представила работы Руки на Кёльнской ярмарке искусства. 2006 год был для Инты Руки особенно удачным – её масштабная выставка прошла в Стамбульском центре фотографии, а в художественном центре Barbican в Лондоне на выставке In the Face of History: European Photographers in the 20th Century фотографии Руки были экспонированы рядом с работами Вольфганга Тильманса и Бориса Михайлова.


Эрикс Апаляйс. Untitled. 2015. Фото: veramunro.com

Этот перечень художников Латвии следует дополнить ещё парой имён. Одно из них – Эрикс Апаляйс (1981), который сотрудничает с респектабельной галереей Vera Munro в Гамбурге (она хорошо известна в мировом обороте современного искусства благодаря регулярному участию в наиболее значительных ярмарках искусства – Art BaselArt Basel Miami Beach, Arco Madrid, Art Forum Berlin – и сотрудничеству с самыми крупными музеями мира). В карьере Апаляйса значительную роль, безусловно, сыграла его учёба в Академии визуального искусства в Гамбурге (HFBK) у профессора Андреаса Сломински. В Латвии имя Эрикса Апаляйса стало известным благодаря деятельности галереи «Alma».
В Гамбургском HFBK и в Венской академии художеств в своё время училась также малоизвестная в латвийской среде художница Дайга Грантиня (1985). У неё сложилось сотрудничество с галереей Joseph Tang в Париже, галереей Max Mayer в Дюссельдорфе, галереей Mathew в Берлине; художница принимала участие в групповых выставках в Palais de Tokyo в Париже, Hester Gallery в Нью-Йорке, галерее Mathew в Нью-Йорке и Campoli Presti в Лондоне и в настоящий момент, кажется, со скоростью кометы продолжает своё продвижение вверх.


Выставка Дайги Грантини The Mountain Guide. 2015. Галерея Mathew, Берлин. © Фото: галерея Mathew

Роль художника и галереи

Творческий директор вильнюсской галереи Vartai Лаура Руткуте подчёркивает динамичность и интенсивность международного рынка, поэтому в него с не меньшей динамичностью и интенсивностью приходится «вламываться» галерее в тесном содружестве с художником. Галеристка видит международный рынок искусства как чрезвычайно уплотнённую среду, двери в которую уже какое-то время «широко закрыты». «Художнику надо быть способным культивировать необычные идеи и качественно реализовывать их. Художнику следует быть самоуверенным, а галерее – способной вывезти и представить работы на международных ярмарках». Она подчёркивает, что важно не терять постоянство усилий – только так можно идти вперёд или хотя бы удерживаться на уже достигнутых позициях.

Координатор художественной ярмарки ArtVilnius и куратор вильнюсской галереи Meno Niša (представляемая галереей художница Моника Дирсите пару недель назад выступила с перформансом в Берлине и в мае покажет его на ярмарке ART’16 London) Соната Балюцкайте также указывает на необходимость равной активности обеих включившихся в дело сторон, подчёркивая важность сложившейся связки художник–куратор–галерея. «Каждому надо делать свою работу. Художнику надо показывать искусство, а не готовить предназначенные для прессы информационные материалы, заключать договоры с логистическими компаниями и выполнять прочие технические задачи. Конечно, есть авторы, которым нравится делать это, и которые охотно это делают: например, латвийский художник Андрис Витолиньш».

Между тем представительница таллинской галереи Temnikova & Kasela Ольга Темникова подчёркивает те преимущества, с какими на своём пути продвижения художника в «международный оборот» могут считаться галереи из стран Балтии. «Во-первых, у нас нет таких высоких цен на аренду помещений и у нас меньше конкуренция». Темникова подчёркивает также предоставляемую Европой поддержку, которая в своём роде компенсирует отсутствие сильного местного рынка. Как известно, активная деятельность Temnikova & Kasela стала в немалой мере возможной благодаря финансовой поддержке министерства культуры Эстонии и фонда Enterprise Estonia (это финансируемый ЕС фонд, предоставляющий поддержку предпринимателям). «Я считаю, что местным игрокам стоило бы меньше заниматься выставлением себя в роли жертвы».


Хенрийс Прейсс. No 392. 2015. Фото: henrijspreiss.weebly.com

Статус галереи из небольшой страны, возможно, имеет свои преимущества. Вот и в дискуссии Arterritory основательница Центра современного искусства kim? Зане Чулкстена делает схожий вывод: «... мы все знаем друг друга и можем реализовать то, что невозможно сделать в другом месте». Однако в этом случае остаётся вопрос о «смене прописки» – почему галереи, которые хотят привлечь к себе внимание, попасть на международные ярмарки, нередко открывают филиал галереи в одном из мегаполисов? Как это в своё время сделали и литовцы – IBID Projects, открыв галереи в Лондоне и Лос-Анджелесе, или Tulips & Roses – в Брюсселе.

Следует отметить, что ни один из тех латвийских художников, кому в профессиональной карьере удалось выйти за пределы страны, в настоящий момент не сотрудничает с какой-либо из галерей Латвии. Почему? Одной из причин является факт, что местные галереи не могут обеспечить художников постоянным доходом, к тому же условия галерей для авторов зачастую непривлекательны – почему надо отдавать свою художественную работу в качестве оплаты за аренду помещения, если у выставки нет никакого ощутимого результата, нет каталога и даже потчевать вином гостей порой приходится за свой счёт?

Янис Авотиньш, работы которого в Латвии практически невозможно увидеть и который в настоящий момент сотрудничает с галереей Vera Munro в Гамбурге и галереей Rüdiger Schoettle в Мюнхене (перечень представляемых этой галерей художников действительно впечатляет; по крайней мере, каждый, кто хоть немного причастен к миру искусства, сразу узнает целый ряд фамилий), свой опыт жизни за пределами Латвии характеризует так: «Эффективность и продуктивность сотрудничества со стратегическими партнёрами соответствует свойствам моих тактических манёвров – каждый раз по-другому. Так как мои стратегические цели не являются политическими, идеологическими или торговыми, работу партнёров ничто специфически не затрудняет и удачу определяют бесчисленные прецеденты везения и исключений». В свою очередь, эстонка Лаура Польд рассказала нам, что возможность работать с Galerie Hrobsky стала отличным опытом «и чтобы показать свои работы, и чтобы понять, что означает коммерческая сторона этого сотрудничества. В ней всегда есть и плюсы, и минусы – у каждой галереи свои, и в каждой стране ситуация разная».


Лаура Польд. Выставка Attempts to Stage a Landscape. 2013. Tallinn Art Hall Gallery. Фото: laurapold.com

Большинство опрошенных авторов не особо желают разбирать в подробностях свои отношения с зарубежными галереями. Ясно, что, заботясь о престиже своих художников и страхуясь от конкуренции, галереи определяют свои отношения с художниками в строго обговоренных рамках договоров. Как одну из своих обязанностей при работе с иностранными галереями художники упоминают согласование перечня выставок – не всегда авторы могли принять предложение от других галерей и институций. Цену работы также определяет галерея. Инта Рука рассказывает, что она сама имела право продавать свои работы, но лишь за ту же цену, которую за них просила галерея. Однако при всём при этом она имела право свои работы дарить.

~
Инсталляция Жильвинаса Кемпинаса Tube 53. Венецианская биеннале искусств. 2009

Самые большие удачи. Версии галерей и художников

Vartai и Кемпинас. Галерея Vartai в этом году празднует свой 25-летний юбилей. За эти годы она стала точкой опоры в развитии международной карьеры для таких литовских художников, как Андрюс Закараускас и Угнюс Гелгуда, которые в сотрудничестве с галереей в 2006 году продолжили свой поход на такие художественные ярмарки Европы большого калибра, как Art Cologne, ARCO, Art Brussels, Artissima и др., и теперь их работы заняли место в коллекциях искусства важных арт-институций, а также в частных собраниях.

С 2009 года Vartai сотрудничает также с литовцем по происхождению, выдающимся мастером кинетических инсталляций, живущим в Нью-Йорке Жильвинасом Кемпинасом (1969). В Нью-Йорке художника представляет уже упомянутая галерея Lio Malca, где хорошую компанию для инсталляций Кемпинаса составляют работы Кита Харинга, Жана-Мишеля Баския, Энди Уорхола, Хироси Сугимото и прочих громких имён в мире искусства; в Париже художник сотрудничает с престижной галереей Yvon Lambert.

Хотя он начал свою карьеру без участия Vartai (первые выставки прошли в PS1 Contemporary Art Center в 2003 году и в Spencer Brownstone Gallery в 2004 году – после того как признание получила его «выпускная» работа по окончании колледжа Хантера), крупный скачок по ступенькам карьеры Кемпинас сделал после участия в 2009 году в Венецианской биеннале, где под патронажем галереи Vartai в павильоне Литвы была представлена крупноформатная инсталляция Кемпинаса Tube. «Галерея Vartai и я как комиссар экспозиции провели немалую работу, чтобы всё было сделано на самом высоком уровне. А это значило, что нужны и основательные расходы», – вспоминает Лаура Руткуте, которая навестила Кемпинаса в Atelier Calder после получения им премии Calder Prize в 2007 году, где среди других его впечатляющих работ обратила внимание именно на Tube и поняла, что хочет показать её миру.


Крис Лемсалу. Whole Alone 2. 2015. Фото: krislemsalu.com

Temnikova & Kasela, Крис Лемсалу и Инга Мелдере. Ольга Темникова, в свою очередь, выделяет сразу две истории о двух сотрудничающих с галереей художницах. Одна из них – учившаяся в Эстонии, Дании и Австрии скульптор Крис Лемсалу (1985), которая в её сравнительно молодом возрасте обладает уже впечатляющим портфолио и целым послужным списком выставок. Temnikova & Kasela – единственная галерея, представляющая Лемсалу, а её работы постоянно путешествуют от Японии и Китая до Нью-Йорка и Майами, Бельгии и Таллина. «В прошлом году мы показали её работы на Frieze New York, и внимание со стороны профессионалов и медиа (NY Times, Business Insider, Forbes и др.) было впечатляющим! В этом году выставим её работы на Basel Liste», – рассказывает Ольга Темникова.

Вторая представляемая галереей художница – латышка Инга Мелдере (1979), которая училась в Латвии, Финляндии и в Маастрихте. Она выставляла свои работы на выставках в Москве, Вене, Хельсинки, Лондоне, Стамбуле. Картины Инги Мелдере наряду с работами Крис Лемсалу будут также представлены на стенде галереи на ярмарке Basel List. Темникова подчёркивает: «Я не уверена, что если бы этих художниц представляла какая-то галерея из Лондона или Берлина, то результат был бы иным. Считаю, что абсолютно не важно, откуда, собственно, сама галерея».


Инга Мелдере. Fontanelle. 2014. Фото: temnikova.ee

Хенрийс Прейсс, рассказывая о своём сотрудничестве с James Freeman Gallery, самой большой своей удачей признаёт организованную галереей выставку в Сеуле, в Корее. Инта Рука считает, что у галереи была действительно существенная роль в популяризации её работ, ведь результатом её стали выставки в других важных выставочных пространствах. «В Швеции у меня были выставки в Moderna museet, Fotografiska, Arbetets museet, центре Umeo Sune Jonsson, галерее Katrineholm и в других местах. Большое значение для узнаваемости моих работ сыграл документальный фильм шведского режиссёра Моды Никандер The photographer from Riga (2010), который показывается Шведским телевидением почти каждый год. Да и книга, которую выпустило издательство Max Ström». В свою очередь, Янис Авотиньш считает, что сотрудничество с галереей предоставило ему «безграничные возможности самому определять отношение компонентов свободы, ограничений, покоя и стресса в своей практике. Оно обеспечило платформу неизмеримых возможностей для реализации почти любой стратегии, почти любого стиля тактических манёвров».


Инта Рука. Из серии «Мои сельские люди»

Художественные ярмарки как платформа для толчка

Участие в международных ярмарках искусства – один из способов, как галереи создают статус и узнаваемость – свою и художника. Попасть в элиту самых значительных ярмарок мира – Art BaselFriezeFIACArmory Show, ARCO и др. – мечта каждой серьёзной галереи. Чтобы принять участие хотя бы в одной из считающихся ведущими на рынке суперъярмарок, галерея не только должна иметь впечатляющий финансовый базис, необходимо ещё и выдержать серьёзный конкурс и суметь втиснуться в этот подчёркнуто закрытый элитарный клуб.

Галереи Балтии упрямо продолжают продвигать себя и своих художников за рубеж, участвуя в подобных событиях, хотя пока что только галерея Temnikova & Kasela попала в список участников «суперъярмарок». Однако и меньшие по величине ярмарки могут стать платформой для толчка при целеустремлённом стремлении вверх – в международную лигу. Даже такое мероприятие сравнительно локального масштаба, как ярмарка современного искусства ArtVilnius, демонстрирует подобные примеры.


Перформанс Моники Дирсите I’m Your Sun. Выставка «Чёрные розы». 2015. Центр визуального искусства имени Йонаса Мекаса. Вильнюс

На ярмарке ArtVilnius 2015 вильнюсская галерея Meno Niša представляла литовскую художницу Монику Дирсите (1989) с перформансом I’m Your Sun – из не слишком презентабельно выглядящей алюминиевой бочки периодически звучала произносимая отчаянным полудетским голоском просьба «Не проходи мимо, не проходи! Останься здесь, останься со мной! Я – твоё солнце – я тебя люблю! Где ты? Останься здесь!» В бочке находилась сама художница Моника Дирсите, которая с помощью этой работы завоевала голоса посетителей и получила затем Приз зрителей как лучшая художница ArtVilnius’15, за чем последовал ряд приглашений принять участие в различных проектах и выставках и в Литве, и за её пределами.

Столь же успешным Соната Балюцкайте считает представляемого Meno Niša художника Римаса Сакалаускаса (1985), который на ArtVilnius был номинирован как лучший молодой художник и там же получил приглашение уже в экспозицию Werkstattgalerie в Берлине. Надо сказать, что эта галерея принимала участие в ярмарке ArtVilnius в 2012 году, однако теперь её представители отправляются туда как обычные посетители и как кураторы, высматривающие там молодые перспективные таланты.

Важным пунктом отсчёта для галерей Балтии стала также Vienna Contemporary, позиционирующая себя как арт-ярмарка, на которой можно увидеть картину искусства всей Европы и которая собирает вместе художественные галереи Восточной, Центральной и Западной Европы, а также галереи с территории бывшего СССР. Осенью 2015 года состав участников Vienna Contemporary был впечатляюще обширным – начиная с Балтии, которую представляли Vartai Gallery из Вильнюса и Temnikova & Kasela Gallery из Таллина, затем ряд российских галерей, из которых наиболее известна, пожалуй, Regina Gallery, затем галереи Азербайджана, Венгрии, Польши, Румынии, а кроме того – такие представители уровня blue-chip, как Galerie Thaddaeus Ropac. К сожалению, на Vienna Contemporary не было ни одной галереи из Латвии. Почему? В этот небольшой клуб двери пока ещё остаются открытыми, и Лаура Руткуте из Vartai Gallery подчёркивает, что Вена – в известной мере – гарант успешного бизнеса.


Перформанс проекта Non Grata под названием Breaking the Backbone. 2014. Юаньский художественный музей, выставочный зал Xing Shen. Пекин

Идущие своей дорогой

В то время как беседовавший с Arterritory Жильвинас Кемпинас не захотел углубляться в свой личный опыт продвижения на международной сцене и сотрудничества с галереями, указав, что «это – коммерческая сторона искусства», эстонский художник, лидер группы перформансистов Non Grata Ал Палдрок заявил: «Художник – это независимая творческая личность, а не раб мира искусства или игрушка бизнеса. Художник – это изобретатель альтернативных решений, а не общественный шут и не удовлетворитель каких-либо эстетических потребностей этого общества. Художник – творец истинного, а не какой-то дурак в белом кубе. Художник стремится к альтернативным решениям, а не действует как конформистская фигура под чьим-то давлением».

Non Grata на международной сцене работает уже с самых своих истоков – с 1998 года – и шире известна за рубежом – в Европе, Азии и Америке, – чем в пределах Эстонии. Ал Палдрок не отрицает этого: «Именно пересечение границ – наиболее желательный вид самореализации современного художника. Мы сами выбираем места, где осуществить свой перформанс – в зависимости от того, вдохновляет ли оно нас. Иногда мы обретаем творческую силу в таких мекках искусства, как Нью-Йорк, Лондон или Париж, иногда – на просторах Америки, или в южноамериканском гетто, или на фестивалях перформанса в Азии, или в Скандинавии». Группа курирует себя самостоятельно. Одной из своих задач Non Grata считает демонстрацию того, что художник может реализовывать себя без диктата навязанных ему структур мира искусства. «Мы получаем много приглашений. Появиться везде мы не можем, да и не хотим. У нас есть возможность выбора. Мир – это пространство эксперимента, и искусство – творческий процесс в непрерывном движении».