Гюнтер Юккер. Космическое видение (5 световых дисков). 1961–1981. Фото: Ольга Абрамова

Дивный новый мир 0

Группа Zero: Гюнтер Юккер, Хайнц Мак, Отто Пине
Москва, Мультимедиа Арт Музей, 24 сентября–13 ноября, 2016

05/10/2016
Ольга Абрамова

Белокурый человек в серебристом костюме шагает по пустыне. Он взбирается на барханы и преодолевает мелкую песчаную рябь, поправляет волосы или взмахивает руками, и его одежда, отражая яркое солнце, сверкает при каждом движении. Он играет огромным куском лёгкой металлизированной ткани, превращаясь с помощью ветра и солнца то в железный барельеф, то в гигантский сияющий парус, или швыряет в воздух собранные в песке полусферы, заставляя их полированные бока ловить и возвращать солнечные лучи. Время от времени рядом с ним вырастают странные, фантастические сооружения, и пейзаж становится совсем неземным. В распоряжении этого Скайуокера, задолго до рождения «Звёздных войн» материализовавшегося в инопланетном пейзаже, солнечный свет, безграничное пространство, движение, время и неожиданные материалы – органическое стекло, металл, осколки зеркал.


Кадр из  фильма-документации «Проект Сахара» (1968)

На самом деле герой – это художник Хайнц Мак, завораживающее действо – переведённый в видеоформат 16 мм фильм-документация одной из самых известных его работ «Проект Сахара», а мы на выставке компании художников из Дюссельдорфа, больше полувека назад вознамерившихся начать с чистого листа, «создать новое искусство для нового века».


Инсталляция Хайнца Мака в Сахаре. Тунис. 1968

Спустя десять лет после Второй мировой войны среди ещё не до конца восстановленных руин новое поколение немецких художников почувствовало необходимость и нашло в себе силы освободиться от самоуглублённого поиска личной ответственности и индивидуальной рефлексии тотальной культурной катастрофы и вместо эмоции и самовыражения, столь свойственных царившему в то время абстрактному экспрессионизму или его европейскому варианту – ар информель, предложило наладить отношения с миром на новых основаниях.


Хайнц Мак. Инсталляция в Сахаре. Алжир. 1976

Вслед за Казимиром Малевичем, который в своё время «преобразился в нуле форм», чтобы выловить себя «из омута дряни академического искусства», молодые немцы обратились к нулю как многозначному символу. Тут не только обнуление в собственной практике традиционных материалов – никаких масляных красок, холстов, дерева и камня в пользу алюминиевой фольги, гвоздей, огня, электрических ламп, пластмассы, но и ноль как эпицентр и отправная точка нового осознания среды, как последняя ступень обратного отсчёта, за которой непременно следует старт.

В манифесте движения «Zero. Новый идеализм» основатели группы Хайнц Мак, Отто Пине и чуть позже присоединившийся к ним Гюнтер Юккер поют нулю настоящий романтический гимн: «Zero – это тишина. Zero – начало. Zero – круг. Zero вращается. Zero – луна. Солнце – Zero. Пустыня Zero. Небо над Zero. Ночь – Zero течёт. Глаз Zero. Пупок. Рот. Поцелуй…» Звёзды, планеты и стихии сосуществуют в космосе Zero, в нераздельном единстве с уязвимым человеческим телом и даже сокровенным жестом, и чтобы не разрушить цельность этого космоса, освобождаясь от традиционных жанров и традиционных принципов искусства, художники экспериментируют со светом, движением, новыми материалами и медиа.


Гюнтер Юккер. Песчаная мельница. 1970–2009. Собрание Фонда Zero, Дюссельдорф


Песчаная мельница Гюнтера Юккера в Мультимедиа Арт Музее

Мак соединяет алюминиевую фольгу, оргалит и стеклянные листы в лёгкие стелы, кубы и вибрирующие колонны, которые позже использует в «Проекте Сахара». В Москве вместе с фильмом показывают несколько подлинных образцов. В 1959-м он конструирует первые кинетические объекты, управляемые электродвигателем. Чуть позже на выставке «Оммаж Жоржу де Латуру» появляются люминесцентные картины и огненные скульптуры.

Пине перфорирует поверхности, создавая «монохромные структуры вибрации», которые по-разному сопротивляются потоку света и организуют пространство как в Lichtballett. Он рисует огнём и дымом, работает с наполненными воздухом или гелием объёмами, обращается к мультимедиа. Оцифрованные слайды «Солнечной пролиферации» демонстрируют на стенах МАММ возможности художника, который мечтал о небесах как объекте своих светоцветовых манипуляций: «Почему у нас нет выставок на небе?.. Там огромные возможности, а мы бродим по музеям, мимо старомодных картин, выстроившихся как на параде».


Гюнтер Юккер. Космическое видение (5 световых дисков). 19611981. (Общий вид работы и её фрагмент)

Юккер начинал с портретов Сталина в послевоенном Берлине. В Дюссельдорфе, чтобы «воплотить условия для свободы», он изучает оптические явления, световую среду и возможность влиять на зрительный процесс с помощью внешнего механического вмешательства. Но главным символом его личной эмансипации на пути к новому искусству становится гвоздь. Этот обыденный и вместе с тем нагруженный разнообразными коннотациями предмет позволяет Юккеру создавать статичные и кинетические объекты и пространства. Пять световых дисков из «Космического видения», посетившего в этот раз Москву, разнообразием фактуры, движения, световой игры легко «способны погрузить человека в себя» – в полном соответствии с желанием автора.

Формальная история Zero укладывается в десятилетие. 11 апреля 1957 года Мак и Пине пригласили общественность в свою полуразрушенную студию и объявили час Zero послевоенного искусства. Затем последовали серия однодневных выставок в этой самой «студии руин», которые Пине описывал как «вечерние вернисажи без продолжения», и выпуск одноимённого журнала в попытке привлечь к своим идеям более широкую международную аудиторию. Первые два номера с манифестами отцов-основателей (прослушавших в годы учёбы курсы по философии) появились в 1958-м, а третий в 1961-м – вместе с Zero-вечеринкой он сопровождал выставку «Zero. Издание. Выставка. Демонстрация», открывшуюся наконец в настоящей модной дюссельдорфской галерее Альфреда Шмела. В выставке приняли участие сорок художников, включая Юккера, именно тогда ставшего полноправным членом группы. Журнал был посвящён близким по духу европейским художникам – миланцу Лучо Фонтана, голландской группе NUL, парижанину и представителю «Нового Реализма» Иву Кляйну, которого в мае 1957-го Шмела уже показывал в Дюссельдорфе.


Отто Пине. Распространение солнца. 1966–2014. Собрание Фонда Zero, Дюссельдорф

В 1963-м, уже втроём, соратники выпустили тот самый манифест «Zero. Новый идеализм», а в 1964-м на кассельской Документе III создали Lichtraum (Hommage à Fontana) в знак уважения к художнику, которого не пригласили организаторы. На чердаке главного здания выставки борцы за «свет, спокойствие, тишину и пустоту» соорудили семь вращающихся объектов, используя свои любимые материалы и приёмы: Пине – сетку с перфорированными сферами и дисками, Мак – пластины алюминия, Юккер – гвозди как структурный элемент. Со стены за этой световой утопией наблюдала копия одного из «раненых» полотен итальянца, одержимого желанием наполнить двумерную картину ощущением бесконечного космического пространства.

В современном мире возвышенным утопиям неуютно, но даже зловещие эпизоды вроде Карибского кризиса или убийства Кеннеди не помешали Zero всё активнее привлекать многочисленных адептов. Выставки собирали весь цвет европейского искусства от Жана Тэнгли и Даниэля Споэрри до Пьетро Мандзони и Энрико Кастеллани. У представителей разных художественных стратегий пока ещё сохранялось желание обрести гармонию «на пути к раю», проложенном немецкими мечтателями, ведь, как писал Пине: «У моей утопии – прочная основа: свет, дым и 12 прожекторов!» Дым рассеялся в конце 1966 года – после полусотни общих выставок без ссор и трагедий группа распалась. На празднике, устроенном в Бонне для тысячи гостей, художники объявили, что время Zero закончилось. Пора было возвращаться из космоса к земным проблемам.


Отто Пине. Три синих светящихся привидения. 2012 (повторение работы 1966). Собственность Элизабет Голдринг Пине и Отто Пине, Гротон

Это вовсе не означает, что обратный отсчёт привел группу к неудачному старту. Собственно, основатели и не рассматривали своё создание только как группу, стиль или объединение. Речь всегда шла об особом климате, «задающем такие параметры, как свет, структура, вибрация, монохромность», об ощущении жизненных событий во взаимодействии с классическими природными стихиями земли, воды, воздуха, огня, бесконечным пространством и космической пустотой. Особенное внимание к структуре и конструкции должно было приводить к синтезу разных видов художественной деятельности, как у средневековых ремесленников или гениальных предшественников из Баухауза. Артистические интересы Zero сделали группу важной составляющей пёстрого мирового потока, в котором сошлись оп-арт и спациализм, новый реализм и ленд-арт. Похожие проблемы решали и участники японского «Гутая» и Яёи Кусама – быть может, её нескончаемый гороховый узор – тоже результат одержимости нулём.

Несмотря на то, что двое из трёх участников дюссельдорфского Zero продолжают работать (Отто Пине умер в 2014-м), Zero как группа и направление – факт истории искусства ХХ века, который привлекает в последнее время всё больше внимания исследователей, зрителей и аукционов. Совсем недавно крупные институции США и Европы представили большую ретроспективу «Обратный отсчёт до завтра», посвящённую и немецким основателям, и международному движению. Москве повезло меньше – Юккера здесь видели почти 30 лет назад, в благословенные перестроечные времена, итальянскую часть движения Ольга Свиблова показала в 2011-м – вот, пожалуй, и всё. Так что нынешняя выставка, хоть и скромная по объему, но хорошо инсталлированная, – это прекрасная возможность пообщаться с малодоступным искусством и помедитировать в надежде «представить новую действительность, секретную красоту которой мы теперь только подозреваем».