Фото: Ольга Абрамова

На Олимп в кружевных трусах 0

30 июня – 02 августа, 2015
Мария Агуреева. Бинарные обещания
Pecherskiy Gallery, Москва

17/07/2015
Ольга Абрамова

Когда в экспозиции среди артефактов на одном из белых кубов является полуобнажённая фигура автора, то, несмотря на все сексуальные революции, свободу нравов и отсутствие комплексов, зритель воодушевляется. Возможно, поэтому открытие выставки бывшей петербурженки, а теперь москвички Марии Агуреевой, прошедшее недавно в Pecherskiy Gallery в рамках очередного винзаводского вечера вернисажей, было одним из самых шумных и многолюдных. Гостям «Бинарных обещаний» не пришлось украдкой, стесняясь, разглядывать молодую художницу, напротив – текст при входе предлагал внимательно рассмотреть её тело и с помощью разноцветных маркеров зафиксировать результаты наблюдений на белой стене за её спиной. Перформанс так и назывался – «Книга жалоб и предложений» – и служил постскриптумом к видео «Пространственные отношения в анатомической терминологии», тоже включённому в экспозицию.


Перформанс Марии Агуреевой «Книга жалоб и предложений»

Этот видеопроект уже хорошо известен художественной общественности. Как участник шорт-листа независимой Сырной Премии имени Серого Обозревателя, которую придумала художница Марина Перчихина, он позволил Агуреевой претендовать на кусок самого настоящего пармезана (что в сегодняшних российских обстоятельствах вдвойне ценно), в июне его показали на IX Международном кинофестивале им. Андрея Тарковского «Зеркало» в программе видеоарта от ММОМА, почти полгода он живет в сети. Девятиминутное видео состоит из семи эпизодов, где художница, раздетая до трусов, или, лучше сказать, облачённая в трусы и лифчик телесного цвета, застывает в разнообразных позах среди разных декораций – на фоне колонного портика или экспрессионистской графики, на торжественной лестнице или рядом с гигантским тортом, в то время как семеро известных персонажей московской арт-тусовки с разной степенью убедительности играют самих себя и подробно комментируют её телесное устройство. Всем хочется приблизительно одного и того же. И мужчины, и дамы на удивление солидарны – грудь побольше, ступни поизящнее, прыщики убрать, губы накрасить. Вошедший во вкус известный художник и марксист Дмитрий Гутов требует коррекции носа и тотальной эпиляции, а галерист Дмитрий Ханкин даже позволяет себе пощупать бицепс беззащитной героини. Она же, вздёрнув подбородок, смотрит в никуда и лишь изредка вздыхает. Поначалу всё это выглядит забавно и весело – все свои, опасности никакой, но постепенно атмосфера сгущается, кажется, вот-вот и тело художницы начнет мутировать в соответствии с настойчивыми пожеланиями. Жаль даже, что в конце концов этого не случается. Все участники действия спокойно обходятся без специальных терминов, о которых напоминает сложносочинённое название, что не мешает им препарировать живое существо во всей его целостности с безжалостностью лабораторного исследователя. Собственно, безжалостность общества к новому персонажу, молодому художнику в данном случае и пытается анализировать эта короткая видеоистория.


Мария Агуреева. Пространственные отношения в анатомической терминологии

Когда автор лишается защиты экрана и предоставляет своё тело на обсуждение самым настоящим живым зрителям, правила игры меняются. И пусть игра, затеянная Агуреевой, совсем не так экстремальна, как у многочисленных именитых предшественников, она позволяет поразмышлять о возможности личной свободы в современном мире, где «все находятся под взглядами всех», а «постоянная оценка, желание судить как будто встроены в саму ткань социума». Призывая зрителя письменно формулировать свои соображения и фиксировать их на стене галерейного зала, художница одновременно испытывает степень его собственной свободы от внутреннего цензора – всё-таки речь идет о выставочном пространстве, по определению превращающем объект-тело в произведение искусства. Каллиграфический фон и свою порцию банальностей художница получает. Ей, к примеру, настойчиво предлагают раздеться, отсылая к опытам Марины Абрамович. Однако здесь невзрачное бельё – не робость, а намеренный уход от провокации, попытка сосредоточиться на главном – кажется, в данном контексте не важно, кто перед нами – мужчина или женщина, ну разве что вместо эпиляции прозвучало бы пожелание накачать мышцы. Проблемы коммуникации в этом проекте выходят вперед, отодвигая вопросы сексуальности и гендера, всегда привлекавшие внимание художницы, – работать с обнажённым телом она как раз умеет очень хорошо.


Форма 18. 2009. Из серии «ФормоЦвет»

«Пространственные отношения в анатомической терминологии» – первый опыт Агуреевой в программном перформансе и видеоарте. В том, что касается освоения разнообразных медиа, она настоящий современный художник-универсал. Она училась графическому дизайну и начинала как фотограф. В 2009-м первая же серия «ФормоЦвет», которую показала питерская AL Gallery, сделала её заметной. Большие яркие принты, объединяющие абстракцию, в супрематическом, ташистском, экспрессионистском духе и натуралистичность биологической формы возникают в результате многоступенчатого живого процесса, без всякой компьютерной обработки. Агуреева красит гуашью предметы, обнажённые тела натурщиков, среду, затем фотографирует, корректирует, снова фотографирует и снова поправляет, добиваясь нужного состояния.


Дом Минотавра. 2011. Из серии «Раскопки. Слой 0» 

Из следующей серии «Раскопки. Слой 0» (2011), которая, возможно, когда-нибудь превратится в большой проект о «зацикленном времени», цвет почти уходит, уступив место многослойным фактурам и техническим тонкостям. Художница использует печать на холсте, цианотипию, гумбихроматную печать, пластификацию и одновременно усложняет нарратив. Теперь перед нами не просто безымянные тела, но персонажи греческой мифологии – Орфей, Ганимед, Клото, Нереиды, а время мыслится категорией, равно структурирующей и античность, и современность.


Лёгкая атлетика. Реди-мейд, звуковая инсталляция. 2011. Из проекта «Citius, Altius, Fortius! Commodification»

Проект «Citius, Altius, Fortius! Commodification», отмеченный номинацией на Премию Кандинского 2013, тоже работает с обнажённым телом и демонстрирует желание автора ставить и решать сложные концептуальные задачи. Инсталляция включает 12 больших кафельных панно, 12 советских спортивных кубков и звуковое сопровождение, записанное в женских раздевалках бассейнов и фитнес-центров. На панно – фотографии девушек-спортсменок, застывших в характерных позах. Внимание сосредоточено на их гибких телах. Раскраска имитирует спортивные костюмы и акцентирует мельчайшие подробности. Головы в заданный формат не вписываются, они и не нужны – женщина здесь не личность, но объект сексуального интереса в условиях ханжеской морали (секса же, как известно, в СССР не было). Спорт, осенённый олимпийским девизом, превращается в товар. Некоторая прямолинейность конструкции смягчается богатством обертонов, многоголосьем исполнения, объединяющим боди-арт, постановочную композицию, реди-мейды, звук и даже блеск кафельной плитки.


Лисистрата. Фрагмент, подмышечная впадина, размер варьируется, полиэфирная смола. 2013. Из серии «Эти самки, что портят нам бесконечное»

Агуреева любит материал, много и разнообразно с ним работает, не эксплуатирует найденное, уже приносящее дивиденды. Она ищет и не боится меняться, оставаясь при этом верной своему главному интересу – телу, телесности, сексуальности, коммуникации. В сложном феминистском проекте, отсылающем к эссе Юлии Кристевой «Эти самки, что портят нам бесконечное», она делает слепки фрагментов тел известных героинь живописных полотен, уверяя, что именно так – не как цельную личность, а как собрание вожделенных деталей (ключиц, локтей, коленок и т.д.) – мужчина воспринимает женщину. Вместе с коллегами из недолго, но весело существовавшей женской группы «Потрясающие курочки» участвует в видео и перформансах, пародирующих положение женщины в суровом мире современного искусства. При этом грамотно, вполне по-мужски строит собственную карьеру и простодушно гордится удачными продажами. По версии «The Art Newspaper Russia» Агуреева одной из первых среди молодых русских художниц может пробиться на международные арт-аукционы.


Серия «Трофеи». Фото: Ольга Абрамова

В этом контексте перформанс, открывший нынешнюю выставку, прочитывается как очередной шаг в неизведанное, не сулящий особенной прибыли: перформансы – неходовой товар. Вместе с тем в продуманно выстроенной экспозиции присутствует нечто материальное, на удивление гармонично его дополняющее и уравновешивающее. Несколько белых кубов отданы небольшим, сияющим в неоновом свете и будоражащим воображение сгусткам, в которые слились те самых вожделенные фрагменты, потрясающие мужское воображение (кое-что уже продано). Торцовую стену занимает серия «Трофеи». Гипсовые контррельефы – это слепки тела, одетого в кружевное бельё, отшлифованные, покрытые флуоресцентным лаком и вполне способные украсить модный интерьер. Парад исподнего снабжён забавными подписями вроде 10th of August 2016 Meeting Jerry Saltz, 28th of October 2017 Meeting Jay Jopling или 22nd of January 2019 Meeting Nicholas Serota – амбициозная и ироничная художница составила график встреч со знаменитыми критиками, кураторами и галеристами на несколько лет вперед. Что же, если её энергия и жажда нового не иссякнут, то рандеву с вожделенными звёздами арт-процесса непременно состоится независимо от кружевных трусов, лифчиков или подвязок.

 

www.agureeva.com