Постер выставки «Casus Pacis. Повод к миру»

За мир без поводов 0

 Екатерина Андреева
19/08/2014 

В Санкт-Петербурге этим летом открылся Street Art Museum, где до 15 сентября можно посмотреть выставку «Casus Pacis. Повод к миру»

Многие люди будут благодарны Музею уличного искусства, который недавно открылся в Петербурге, за редкую возможность поменять атмосферу и почувствовать себя в кадре гениального фильма Антониони «Профессия: репортёр». Чувство это не винтажного свойства. Не о тонкой страсти киномана думаешь, проходя через громадную арку из морских контейнеров и оказываясь в пустынном дворе, в пограничной зоне завода, где производство так же не даёт о себе знать, как жизнь в юго-восточном городе, когда солнце палит во всю мощь.


Павел Шугуров. Столбы. 2014

Пустые промышленные залы, галереи из контейнеров, зиккурат трубы и пересекающая весь двор акведуком железобетонная конструкция. Впрочем, слово «акведук» зря вселяет мысль о спасении в сознание читателя: Павел Шугуров вписал в каждую бетонную опору высохший костяк. Атланты и кариатиды на Заводе слоистых пластиков возвращают себе жертвенный облик людей, заложников, узников. Чёрные сочленения тел друг за другом, на полкилометра двора, уходят в перспективу через волнистую гранитно-крошеную шуршащую почву и через небо, в нашем случае ясное на закате.


Константин Новиков. Библиотека.  2014. Объект. Фибробетон, смеш. техн.

Поодаль стоит колонна «Библиотека» Константина Новикова в напоминание о культуре, которая существует в городе, но, кажется, очень далеко отсюда: от угла шоссе Революции и Индустриального проспекта. В 1921 году, 26 августа, здесь невдалеке на заброшенном кирпичном заводе Пороховых был расстрелян Николай Гумилев, закончился путь поэта-конкистадора и георгиевского кавалера Первой мировой. Объёмы книг венчают колонну капителью, но и деформируют её, беспорядочно вылезая наружу, как кирпичи из развалин. А может быть, как скрытая под штукатуркой правда материала, как истинное содержание. На стене напротив входа во двор – символическая фреска группы Gandhi «Бабы новых нарожают». Мы на антивоенной выставке «Повод к миру» кураторов Михаила Астахова, Анны Нистратовой и Вовы Воротнева из параллельной программы Манифесты 10. Участники выставки – молодые художники из России и Украины. И это – их личные антивоенные манифесты, которые стали совокупным манифестом Москвы и Владивостока, Петербурга и Калининграда, Киева и Запорожья, Львова и Екатеринбурга и многих других городов.

Где еще может лучше проявить себя воля нового поколения, как не в арт-практике, которая по определению свободна от институтов-регулировщиков. Стрит-арт – искусство быстрого реагирования многих и повсюду, и оно сопротивляется централизованному распространению единомыслия. Вместе с тем понятно, что осмысленных действий, воплощённых в художественных образах, в уличном искусстве, как и в любых других видах производства искусства, не более пяти процентов. Поэтому разговоры о том, что музей стрит-арта – компромисс и бессмыслица, идут от лукавого. Выставка в Street Art Museum представляет настоящее отборное искусство, работает на кумулятивный эффект, собирая шедевры в мощный образ. Надо стараться сохранять шедевры не только в фотоархивах, где они утрачивают масштаб и поэтому теряют большую часть энергии. Почему брандмауэры или заводские цеха с фресками нельзя музеефицировать как средневековые соборы? Я не устаю сожалеть о том, что хозяева магазинов на Новосмоленской набережной замазали образцовое произведение искусства начала XXI века – стихотворение Бертольда Брехта «Дела в этом городе таковы». Вот бы эти замечательные граффити объявить филиалом Русского музея или Музея истории Санкт-Петебурга (SAM тогда ещё не было). 

Brecht SPb
Стихотворение Бертольда Брехта «Дела в этом городе таковы» до «исчезновения»

Если на территории SAM сохранятся «Столбы» Шугурова, фреска группы Gandhi, письмо Тимофея Ради, психоделические росписи Zigendemonic и Алексея Сергеева, он станет одним из лучших петербургских музеев, будет героем нашего времени. Пора также собирать графику: эскизы композиций, реализованных и нет, фотографии (пожалуй, лучшая фотосерия из того, что я видела в последнее время, – «Украина – пространство возможностей» Саши Курмаза), документацию, плакаты (в SAM, к примеру, экспонируется нарисованный на газетах плакат «Дым в руках не удержишь», равноценный Моору и Тоидзе).


Misha Most. Паутина. 2014. Инсталляция, смешанная техника

Мастера стрит-арта, как и большинство современных художников, не ограничивают себя в материалах. Заводские залы обживают по-разному: Миша Мост под сводами – гигантской «Паутиной» из скрученных флагов; Иван Тузов – кафельной чёрно-белой мозаикой, в которой чёрный квадрат на белом фоне «пересобран» в знак черепа. Песочница посреди цеха, заваленная битым кирпичом и плиткой, грязным строительным песком и кусками цемента, – это инсталляция Исаака Кордела «Следуй за лидерами». В ней разворачивается зрелище конца бюрократического микроВавилона. Там и сям из мусора, словно волны, возникают шеренги одинаковых человечков в белых рубашках с галстуками, которые, утопая среди развалин, демонстрируют абсолютную покорность и дисциплину своим в три раза более крупным вождям.


Тимофей Радя. Без названия. 2014. Металл, смеш. техн.

Фокусная точка выставки для меня – тетраптих Тимофея Ради, посвящённый обыденной гибели солдат. Четверо в форме Великой Отечественной, узнаваемой, как «кирпич» хлеба, уходят от нас, но не вдаль, а куда-то вниз, скользя тенями по металлическим листам. Их образы сделаны из приклеенных на металл опалённых бинтов. Радя не акцентирует ни медицинский материал, ни агрессию огня (коктейля Молотова), в отличие от аналогичных ассамбляжей Бурри. Наоборот, он добивается эффекта нематериальности: тела – сгущения защитного тумана-пепла, который рассеивается без следа на постоянной металлического горизонта.

В пояснении Радя говорит: «В основе моей работы лежит снимок Александра Устинова. Фотография сделана в 1943 году, как я узнал позже, в Крыму. Солдаты форсируют залив Сиваш, Гнилое море. … Необходимо очень много фильмов и книг, чтобы рассказать эту фотографию. Мне вспоминается „Иваново детство” Тарковского, там много воды и история про реку, которую каждому из нас суждено пересечь. Не могу сказать, что я в эту историю верю, но чувство братства и единства перед лицом бесконечной воды, линии горизонта и приближающейся земли мне понятно. Этому я верю, и я отчетливо могу представить себя на месте каждого из тех, кто сгорел, не вернувшись домой». Надо сказать, что мой текст написан и для того, чтобы передать дальше эти слова.


Исаак Кордел (International). Следуй за лидерами. 2014. Инсталляция

За лето Славянск разорён, как Нджамена. Торговля товарами первой необходимости грозит вернуться к первобытному обмену, но доходность продажи оружия растёт. Оно называется оборонительным, и стало хорошим тоном каналов ЦТ показывать в новостной картинке с рынков вооружений улыбающихся маленьких девочек на фоне «Бука». Журналисты исчезают в зоне военных действий. Сведения из зоны конфликта вызывают ещё больше недоверия, чем истории появления НЛО. Красивые девушки бродят по двору SAM между бетонных столбов, как среди сталагмитов Каса Мила передвигалась Мария Шнайдер, их ровесница. В наших краях почти созрела рябина, и её так много, что все по привычке думают о суровой зиме. 


Все фотографии взяты со страниц выставки в FB и VK