В.Кулагина. Международный день работниц. 1930

Сомнительные преимущества 0

 18/03/2012
Анна Арутюнова 

«Международный женский день. Феминизм: от авангарда до наших дней». Музейно-выставочный центр «Рабочий и колхозница», 8 марта – 12 мая, 2013 

Вокруг выставки, открывшейся в в новом московском выставочном центре «Рабочий и колхозница», по такому, на первый взгляд, безобидному цветочно-конфетному поводу, как 8 Марта, разгорелся нешуточный скандал. Открытие состоялось прямо накануне праздника, а на следующий день в интернете кипели страсти. Претензии и доводы главных фигуранток разбирательства – одного из кураторов выставки Олеси Туркиной, художниц Виктории Ломаско и Микаэлы и автора текста к каталогу выставки Нади Плунгян (которая также предложила для выставки нескольких художников) – можно прочитать здесь.


В.А.Серов (1910–1968). Строительница. 1964 

Каковы бы ни были истинные причины раздора по мнению его участниц – плохое отношение кураторов феминистской выставки к феминистским художницам и активисткам, ударные темпы подготовки экспозиции и каталога и связанные с этим организационные проблемы, разница в понимании феминизма старшим поколением кураторов и молодым поколением феминисток, наконец, упоминание в одной из работ названия группы Pussy Riot и последовавшая за этим «перетряска» состава экспозиции – возникновение скандала кажется совершенно симптоматичным. Более того, вскрывает он проблемы, далеко выходящие за рамки искусства, феминизма и даже активистского движения.

 
Работы  Виктории Ломаско, не попавшие на выставку

В сегодняшней ситуации сложно абстрагироваться от политического контекста, а каждая попытка сгладить углы влечёт за собой обвинения (иногда небезосновательные) в конформизме. Скандал вокруг выставки лишний раз показывает, что существует больная точка, вытесненная проблема, которая выходит на поверхность при любом неосторожном движении – со стороны кураторов ли, художников ли. Проблема эта настолько велика, что даже такая рядовая, по случаю придуманная выставка, как «Международный женский день. Феминизм: от авангарда до наших дней», превращается в острополитический сюжет.  


Объект Елены Елагиной «Женское»

Проблема, вероятно, кроется в самом слове «феминизм» в названии выставки, поскольку большинство представленных на ней работ вовсе не призывают окунуться с головой в борьбу за равноправие полов, скорее они представляются размышлением о женском как таковом. Причём размышлением часто философским и даже отвлечённым. Этот настрой очень точно передаёт объект Елены Елагиной «Женское» – гипертрофированных размеров тюбик с воображаемой мазью на основе комплекса лекарственных трав. Простая констатация факта, сведение на бытовой уровень проблем самоопределения женщин передаёт всю сложность отношения к феминизму, показывая, что «женское» – это нечто специфическое, отличное от мужского, и одновременно имеющее такое же право на существование. Таким же мягким способом исконно феминистскую мысль о равноправии полов высказывает Александра Дементьева, придумавшая «Наноскоп». Глядя в специальное отверстие, зритель видит женское или мужское лицо. Прибор фокусируется на глазах и позволяет увеличивать один из них до тех пор, пока мельчайшие детали сетчатки не превратятся в космический пейзаж, из которого вновь выплывает женское или мужское лицо. И так снова и снова, пока смотрящий, наконец, не поймёт, что в космическом масштабе роли женщины и мужчины одинаково значимы.


Данько Н. Чернильница «Физкультурники». 1934

В экспозиции много произведений, отсылающих к социально-политическим реалиям прошлых лет и к истории в целом. Кроме как исторической преамбулой не назовёшь зал выставки, где «амазонки русского авангарда» соседствуют с кухарками с плакатов конца 1920–30-х годов, теми самыми, что должны научиться управлять государством. Поражает здесь не столько феминистский порыв советских лет, сколько пропасть между революцией в искусстве, явленной в многочисленных эскизах тканей Любови Поповой, «электрических» узорах Натальи Ганиной-Кравцовой, фарфоре Натальи Данько, проектах повседневного платья Варвары Степановой, и революцией на улицах с её прямолинейной пропагандой. Кажется, что изысканные сумочки по эскизам Любови Поповой едва ли органично сосуществовали с миром защитниц женского труда, а достижения на поле художественного равноправия были несопоставимы с достижениями на поле политическом. Пронзительное несоответствие авангардной мечты и советской реальности острее всего проявляется на снимках, где изображены студентки ВХУТЕМАСа, оплота авангарда в СССР. На одних фотографиях перед нами выстроившиеся в ряд в спортзале или позирующие в лодках на соревнованиях по гребле девушки, про которых много лет спустя будут говорить «комсомолка, спортсменка и просто красавица». На других – студентки за работой в мастерских, разрабатывающие новый визуальный и предметный мир советского авангарда, но никак не социального равноправия.


 «Микаэла рисует на стене женщин, чьи поступки кардинально изменили ход истории...» Фото: CNTV

История оказывается в центре внимания и современных художниц. Кристина Лукас создаёт видеоработу, в которой воображает, что же произошло с женщиной, олицетворяющей Свободу с картины Эжена Делакруа «Свобода, ведущая народ». Микаэла рисует на стене женщин, чьи поступки кардинально изменили ход истории, вроде Веры Засулич или Софьи Перовской. Мария Константинова делает флагшток с монумента Сталина в виде подушек, по-женски размягчая символику, превращая её в предмет домашнего уюта. Ирина Нахова вписывает феминизм в более широкий контекст борьбы за права, размышляя о том, как легко в водовороте истории забываются частные жизни. Её видео на трёх экранах – это набор обрывков из разных реальностей: витрина из музея с «женскими» первобытными орудиями труда, справки советских времён о делах по обвинениям, фотографии заброшенных домов, помоек, снимки, на которых лица людей заштрихованы. В соседнем зале её работа «Руководящий состав» – увеличенная в разы архивная групповая фотография; на ней, судя по одежде, только мужчины, и вместо лиц у них красные тряпки. Рядом с таким мощным образом забвения и тотальной неспособностью встретиться лицом к лицу с советским прошлым феминизм действительно начинает казаться лишь частным проявлением проблем гораздо более масштабных. 


Ирина Нахова. Руководящий состав 

Примечательно, как сильно этот почти планетарный подход отличается от работ западных художниц, сосредоточенных на телесности, идентичности, самоопределении. Им в экспозиции отведён отдельный зал. Здесь сплошь хрестоматийные фигуры вроде Марты Рослер, Вали Экспорт или Guerilla Girls. И кажется, что в требовании равных прав они ведут себя более раскрепощённо и даже агрессивно. Чего только стоит саркастический перечень «преимуществ», которые женщина-художник получает автоматически при рождении, составленный Guerilla Girls. Среди них «возможность работать, не испытывая давления успеха» или «возможность выбирать между карьерой и материнством». На другом плакате того же коллектива красуется Одалиска с головой гориллы, а надпись приводит статистику о том, что женщины составляют только 3% художников в экспозиции Metropolitan Museum и 83% обнажённых на картинах.

Статистика, конечно, впечатляющая, только мало что проясняющая, как и выставка в целом. Сложно спорить с тем, что феминизм – важное и нужное явление. Однако вместо прерывистой хронологии интереснее было бы разобраться в его внутренних противоречиях, о которых так ярко заявил произошедший скандал.