Виталий Пушницкий в «Новом музее»

Препарированные открытки Виталия Пушницкого 0

18/12/2012
Павел Герасименко 

Виталий Пушницкий. «Точки зрения»
«Новый музей», Санкт-Петербург, 7 декабря 2012 – 3 февраля, 2013 

Виталий Пушницкий – художник из поколения сорокалетних, очень активного сейчас на петербургской арт-сцене. Выпускник графического факультета Академии художеств, он с самого начала много выставлялся, показывал не только графику, но и живопись, стал известен крупными скульптурными объектами и инсталляциями. Весной этого года его персональная выставка «Механизмы времени» прошла в Московском музее современного искусства, но в «Новом музее» художник делает первую большую петербургскую выставку. 

На первом этаже музея своеобразный дайджест его творчества: по нескольку работ различных периодов из разных серий. Сразу понятно, что Пушницкий характерно петербургский художник, которого больше всего занимают образы культуры, темы времени и памяти. Например, два холста с изображением облаков, зрительно выделяющиеся в экспозиции ярким цветом на фоне других работ с приглушённым колоритом, но принять их за чистый пейзаж будет опрометчиво: здесь Пушницкий подобен странному английскому художнику XVIII века Александру Козенсу, увлечённому каталогизаторством естественных форм природы и находящему в них абстрактные изображения. Среди графических серий Пушницкого одна из самых впечатляющих сделана с применением фроттажа, открытой для современного искусства Максом Эрнстом техники простого перевода рельефа на бумагу. В серии «Надгробия» надписи с могильных камней лютеранского кладбища образуют основу графических листов, как бы становятся в них пасмурным «небом». Ниже можно различить группы людей, должно быть, это моряки, которые изображены в ожидании, смотрящими вдаль.


Виталий Пушницкий. Из серии «Бритва Оккама»

Второй этаж музея занимает новый проект художника. Больше сотни препарированных туристических открыток «с шедеврами» выставлены подобно разноцветным бабочкам из энтомологической коллекции, каждая в отдельной коробочке под стеклом, всё вместе названо «Бритва Оккама». Проект, первоначально бывший чем-то вроде досуга, художник делал в Италии во время отдыха и в Париже, куда был приглашен Французским институтом как финалист премии Курёхина этого года. Интерес к открыткам возник не сейчас, всё началось с серии 2001 года, которая так и называлась – Postcards. Действительно, было бы странно, если бы художник, сосредоточенный в своём творчестве на теме памяти, как Пушницкий, оставил без внимания такой щедрый на смыслы образ, как открытая почтовая карточка. Это те самые нумерованные музейные открытки с репродукциями, которые послужили одной из отправных точек для одноимённой книги Жака Дерриды: «Я не думаю, что правильно будет называть “почтовой открыткой” уникальную и оригинальную картинку, если только что-либо подобное имеет место, произведение живописи или рисунок, предназначенный кому-то в качестве почтовой открытки, которую оставляют некоему третьему, анонимному лицу, неодушевлённой механике, которая, как предполагается, должна доставить послание по назначению и доставляет туда, как минимум, его основу, так как если почтовая открытка – это в какой-то мере открытое письмо (как все письма), в таком случае всегда возможно, как в мирное время, так и при некоторых режимах, попробовать сделать её недоступной расшифровке, не ставя под угрозу в то же время её доставку».


Виталий Пушницкий. Из серии «Бритва Оккама»

В своей новой серии Пушницкий занимается тем, что в свое время художник Валерий Кошляков назвал «украшение красивого». Препарированием открыток с художественными целями занимались многие, начиная с дадаистов Джона Хартфильда и Рауля Хаусманна. Современная британская художница Рут Клэкстон манипулирует открытками почти так же, как и Пушницкий: в серии 2008 года с помощью разрезов она делает явным направление взглядов персонажей и структуру классической картины. Тем не менее, при общем для двух художников иконоборческом пафосе между их подходами есть существенная разница. Пушницкий наносит открытке и изображённому на ней значительно более серьезные травмы, почти как Лючио Фонтана настоящему холсту. Открытки Пушницкого всегда деконструктивны, разрезая их, он никогда не следует за изображением и его композицией, а наоборот – до предела затрудняет смотрение. Этим он лишний раз утверждает, что хрестоматийные изображения, репродуцированные в открыточном качестве и формате, не требуют уже пытливого всматривания, они не способны служить целям воспитания глаза, и в этом их главное отличие от оригиналов. Изменяя открытки прорезями, Пушницкий переводит их в иное «агрегатное состояние» – они становятся объектами, скульптурой или архитектурой. Примерно таким же образом Марсель Дюшан открыл явление, названное им мобильной скульптурой, сделав из частей рекламы знаменитые роторельефы.


Рут Клэкстон. Из серии «Открытки»

Одним из важных сюжетов выставки остается взаимодействие художника с искусством графики в целом, ведь даже в серии «Бритва Оккама» Пушницкий показывает аккуратную и тонкую работу с главным графическим материалом, бумагой. В начале двухтысячных годов работавшие в графике художники, прежде всего молодые, сознательно и целенаправленно выбирали другие способы выражения: кто уходил в живопись, кто в инсталляционные техники или в видео. Тиражные работы на бумаге не могли соперничать за внимание зрителей или интерес покупателей с уникальностью других видов искусства. Виталий Пушницкий был одним из первых, кто стал возвращаться к графике – на новом этапе, с новыми технологиями и приемами, впрочем, по-настоящему он никогда и не оставлял её. 

 

Фото:  Яков Кальменс

www.novymuseum.ru/events-muzeum_news-exch/vystavka_v_pushnickogo_tochki_zreniya.html