Петр Кончаловский. Испанка у стола. 1910. Холст, масло

Портреты и прототипы 0

Ольга Абрамова
23/07/2012 

Портреты коллекционеров. Западноевропейское и русское искусство из частных собраний Москвы
ГМИИ им. А.С. Пушкина.  Отдел личных коллекций. 18 апреля – 26 августа, 2012 

Коллекционер, собиратель искусства – в России фигура популярная. Вот хоть Павел Михайлович Третьяков – наше всё, почти как Пушкин. Или знаменитые коллекционеры-меценаты  Щукин и Морозов, которые в юбилейном телефильме Леонида Парфенова к столетию Государственного музея изобразительных искусств им. Пушкина неожиданно оказались чуть ли не более важными для его существования, чем Иван Цветаев. Илья Зильберштейн, доктор искусствознания и коллекционер, – ещё одна звезда российского собирательства. Взаимные усилия Ильи Самойловича и директора ГМИИ Ирины Александровны Антоновой, вкупе с наступившими капиталистическими временами, привели в 1994 году к созданию музейного Отдела личных коллекций. Коллекционирование предметов искусства получило официальный статус, было признано достойным занятием, а не уголовно наказуемой спекуляцией, как в приснопамятном СССР.

Отдел личных коллекций в сложных условиях нашего существования (проблемы ввоза-вывоза, налоговых льгот, подделки), проявляя чудеса дипломатии, сумел наладить процесс взаимодействия с частными собирателями, и выставка «Портреты коллекционеров», приуроченная к празднованию столетнего юбилея музея, яркое тому доказательство.

Около трехсот  работ из 25 частных коллекций в одном пространстве – уникальное событие.

Организаторы выставки настаивают, что главное в экспозиции – не последовательно разворачивающаяся история искусства, а портреты собирателей, созданные с помощью объектов коллекционирования – икон, живописных полотен, миниатюр, графических листов и т.д. Понимая условность темы, стоит всё же признать, что портреты получились интересными. И пусть кто-то удостоился парадного изображения, а кто-то лишь изящного наброска. Вопрос только в том, насколько эти портреты похожи на портретируемых.

Большей частью на выставке представлены коллекции, созданные в постсоветское время, когда начал складываться рынок торговли искусством, когда появилась возможность покупать на западных аукционах. Сегодня преимущество там, где деньги – трудно соревноваться с фигурантами списка Forbes.


Павел Кузнецов. Бухарский натюрморт. 1910. Холст, темпера

Председатель совета директоров банковской группы «Альфа-банк», член попечительского совета ГМИИ Петр Авен на этой выставке настоящий бенефициант – работы из его коллекции занимают нарядный светлый атриум музея и центральный зал. И это вполне заслуженно. Авен, энергично пополнявший своё собрание с начала 90-х («как только появились деньги»), создал редкую по качеству и цельности коллекцию русского искусства конца 19-го – начала 20-го веков. Серов, Коровин, «Бубновый валет» во всей красе, образцовый Ларионов и самая дорогая сегодня женщина-художница Гончарова, редкий Кандинский с портретом жены – всё это всего лишь верхушка айсберга, об истинных размерах которого можно судить по каталогу-резоне коллекции. Тяжелый пятисотстраничный том, отлично иллюстрированный и снабжённый научным аппаратом, издан в 2008 году. По уверениям владельца коллекции, каталог подводит итог собиранию работ этого периода. Знакомство с новыми увлечениями, будем надеяться, у нас ещё впереди.

Подобная открытость и популяризация не всегда характерны для частного собирательства. Коллекционеры не особенно рады пристальному вниманию. По разным причинам. Здесь и долгие годы бесправия советских времен, и плохо устроенное сегодняшнее законодательство, и азарт собирателя, в конце концов, заставляющий «поменьше болтать». Тем ценнее кропотливая работа искусствоведов отдела с собирателями, в результате которой в выгоде остаются все – любители искусства получают возможность увидеть шедевры, владельцы, предоставляя работы для экспозиции в крупнейшем музее страны, повышают их авторитет и стоимость, а музей получает подарки. Так случилось и в этот раз – Михаил Перченко, чья коллекция совсем недавно удостоилась персональной выставки в главном здании музея, и Василий Горященко, представивший в своем персональном зале выставки нынешней краткую, но яркую историю западно-европейской живописи от XV до XVII вв., подарили музею два интересных полотна.

«Нас интересуют эти люди, которые посвятили себя этому делу и тратят немалые средства на произведения искусства», – честно призналась на открытии выставки директор ГМИИ Ирина Антонова.

Сорокалетний бизнесмен Александр Смузиков, собравший, как уверяют, свою коллекцию всего за четыре года, никогда не даёт интервью («деньги любят тишину») и не фотографируется, тем интереснее, каким получился его портрет коллекционера. Зал, где показывают коллекцию Смузикова, делится на две части. С одной стороны – русская классика XVII–XIX вв., портреты Левицкого и  Боровиковского, Тропинина и Брюллова, музейного уровня Рокотов. С другой – русский авангард. Малевич, Любовь Попова, редкий Матюшин, Гончарова парижского периода. «Старик» Малевича встречается взглядом с «Максимилианом Лейхтенбергским» Брюллова – символичное противостояние. Потомки собирателя, ради которых, судя по экспликации, и создана эта коллекция русского искусства, непременно должны почувствовать его «величие и мощь». 


Ладо Гудиашвили. Юноша с пятнистой ланью. 1824

Стоит напомнить, что в 2005 году Смузиков стал соучредителем «Фонда содействия современному искусству»  Марата Гельмана, а в 2009 купил половину его галереи, так что, физически оставаясь в тени, он, по существу, энергично присутствует в культурном пространстве.

Вместе со Смузиковым соучредителем «Фонда содействия современному искусству  Марата Гельмана» был и Виктор Бондаренко, издатель, предприниматель, меценат, коллекционер, почётный член Российской академии художеств, член Попечительского совета Государственной Третьяковской галереи, который в последнее время активно поддерживает оппозиционные настроения, создав вместе с единомышленниками художественный проект и общественное движение «Россия для всех».

На выставке Бондаренко представлен более академично, как владелец одной из лучших в России частных коллекций русской иконописи. Небольшой зал украшает Николай Чудотворец XVI века и несколько более поздних икон интересной иконографии, как, например, «Образ кончины человеческой» XVII века.

Зал Владимира Логвиненко выглядит благородно. Великолепные иконы (среди них самая старая на выставке – «Спас» XI века византийской школы), динамичная «Битва Константина и Максенция» (предположительно авторская копия Джулио Романо), редкий «Иоанн Креститель» Джованни Бальоне, эффектные натюрморты Абрахама Брейгеля – хороший получается, добротный портрет коллекционера. Но в памяти предательски всплывают международный скандал и судебные иски, связанные с трофейным Рубенсом, которого Логвиненко долго и безуспешно пытался продать за границу, а в результате передал в Эрмитаж на временное экспонирование.

А вот владельцы  холдинга Unident Тамаз и Ивета Манашеровы пока никакими малосимпатичными коннотациями не обременены. В последние годы они занимают всё более заметное место на российской арт-сцене – громкие выставки в Третьяковской галерее, культурно-благотворительный фонд «U-Art: Ты и искусство», премия «Инновация» 2008 года в номинации «за поддержку». И здесь их портрет получился позитивным. Сезаннистская Гончарова, Ларионов с оранжевыми купальщицами, Александра Экстер и фирменные грузины, Пиросмани и Гудиашвили, – достойная презентация начала XX века в искусстве России.

Хотя в этом разделе трудно соперничать со знаменитой коллекцией искусствоведов Валерия Дудакова и Марины Кашуро – классическим знаточеским собранием. Валерий Александрович любит рассказывать, как гонорары за промграфику (по первому образованию он художник-оформитель), намного превышавшие среднюю советскую зарплату, позволили ему начать собирать искусство еще в ранние 70-е годы прошлого века. А дальше – чутье, опыт, везение с одной стороны и неистощённый рынок с другой. Огромная коллекция, которая началась с нонкорформистов-современников, на нынешней выставке представлена своей самой ценной частью – символистами, участниками объединения «Голубая роза», футуристами – Богомазовым и Бурлюком.


Н. Гончарова. Весна в деревне. 1910

Получился редкий по убедительности портрет. Дудаков из тех собирателей, кто готов передать в музей свои лучшие вещи. И его Сапунов, Судейкин, Милиоти достойны войти в собрание самого высокого ранга.

Намерен ли передать государству свое собрание еще один из старожилов-коллекционеров, Илья Глазунов, трудно сказать. Пока что он завещал городу собственные произведения. Причем галерею для них не выстроил на свои деньги и не подарил городу, как Третьяков, а напротив, получил роскошное здание от города в подарок. Илья Сергеевич вообще фигура загадочная и портрет его на выставке получился похожим.

Русская классика с парадным портретом Екатерины Великой Рокотова и Александром I Боровиковского, «Мадонна с младенцем» болонца Гверчино, принадлежавшая прежде аж Жозефине Богарне, супруге Наполеона, усыпанная жемчугами икона и рядом с ними чудесный Фёдор Толстой, декоративный Рылеев и меланхоличный Нестеров. 


Алейда Волфсен. Портрет мальчика с собачкой

Все участники этой насыщенной экспозиции достойны упоминания. Ведь даже там, где портретируемый представлен всего несколькими вещами, случаются открытия. Такие, как Сёра, Руо, Редон и Утрилло из коллекции Инны Баженовой или Дерен от Максима Боксера, как Вламинк супругов Панченко или французская графика начала XX века из коллекции Юрия Петухова, как впервые показанные в России полотна художницы ар-деко Тамары Лемпицки из собраний Александра Чистякова и Константина Григоришина.

И не стоит, наверное, на празднике вспоминать неприятное. Лучше, затолкав поглубже сомнения и вопросы, усмирив внутреннего обывателя с его сакраментальным «откуда деньги», наслаждаться возможностью общения с великолепными произведениями искусства. Кто знает, когда они снова появятся у нас перед глазами и появятся ли вообще.