Каролин Кристоф-Бакарджиев. Фото: Marco Ventimiglia

Трансформация материала 0

Разговор с Каролин Кристоф-Бакарджиев о 14-й Стамбульской биеннале

SALTWATER – A Theory of Thought Forms
«СОЛЁНАЯ ВОДА – Теория мыслеформ»
5 сентября – 1 ноября, 2015

11/08/2015
Ирена Глудовач*

Каролин Кристоф-Бакарджиев (Carolyn Christov-Bakargiev) родилась в США в итальянско-болгарской семье, а росла в Вашингтоне и Италии. Её отец был врачом, мать – археологом. Она изучала литературу, филологию, а также иностранные языки и историю искусств в Пизе. С 1999 до 2001 года Кристоф-Бакарджиев работала старшим куратором в филиале MoMA – в центре современного искусства PS1 в Нью-Йорке; с 2002 по 2008 год была главным куратором Музея современного искусства Кастелло ди Риволи (Castello di Rivoli Museo d'Arte Contemporanea) в Турине, где в 2009 году заняла пост и.о. директора. В 2008 году она была назначена художественным директором 16-й Сиднейской биеннале, прошедшей под девизом «Revolution – Forms That Turn». Каролин Кристоф-Бакарджиев стала второй женщиной и первой американкой, которой довелось руководить экспозицией dOCUMENTA (13), прошедшей в 2012 году в Касселе и параллельно в Кабуле (Афганистан), Александрии и Каире (Египет) и в Банфе (Канада). Недавно Кристоф-Бакарджиев стала директором Музея современного искусства Кастелло ди Риволи, а с 1 января 2016 года она будет руководить и Галереей современного искусства в Турине, GAM (Galleria Civica d’Arte Moderna e Contemporanea di Torino).

Стамбульскую биеннале 2015 года Кристоф-Бакарджиев создавала в содружестве с пятнадцатью коллегами. С частью из них её связывают продолжительные отношения – они уже работали вместе в прошлом. Они помогают ей во множестве аспектов, связанных с интеллектуальной или философской аналитикой, и в написании текстов к каталогам, они сами решают, каким образом хотели бы реализовать свою помощь. Кроме того, Каролин Кристоф-Бакарджиев создала Международный совет друзей и покровителей, почётным председателем которого является турецкий писатель и лауреат Нобелевской премии в литературе, Орхан Памук, чей знаменитый Музей невинности станет одним из мест проведения экспозиции биенналле.

Кристоф-Бакарджиев замужем за итальянским художником Чезаре Пьетроюсти (Cesare Pietroiusti), они растят двух дочерей. 


Логотип 14-й Стамбульской биеннале

Как вы стали куратором?

Лично я не пользуюсь словом «куратор». Когда я была моложе, да, я его использовала, но теперь оно стало привилегированным и означает власть в мире искусства. Также оно стало синонимом человека, который просто выбирает объекты и составляет их вместе, в соответствии со своим вкусом или суждением. Намного больше мне нравится термин «создатель выставки». В Стамбуле я использую понятие «подготовитель проекта» (draftperson), т.е. тот, кто проектирует выставку, to draft также значит «рисовать».

Моя мать была археологом, у неё был очень особый метод составления вещей вместе, их организации и украшения дома предметами, которые она нашла. Во время войны во Вьетнаме она селила у нас демонстрантов, приезжавших в Вашингтон, и когда я, будучи ребёнком, просыпалась утром, я никогда не знала, кто ночует у нас дома. Я думаю, что и в dOCUMENTA (13), и во всех других выставках я воссоздавала эту атмосферу: с одной стороны, присутствие множества людей в доме, с другой – наличие объектов наподобие тех, которые собрала моя мать, – и очень ценных, и найденных на улице. Меня увлекала важность отношений между материальной культурой, историей прошлого и современной политикой.


Одно из мест проведения биеннале: маяк Румелифенери

Вы выбрали очень хорошее название для Стамбульской биеннале. Мне бы хотелось больше узнать о «Солёной воде»...

Солёная вода, в конце концов, прямо здесь: на Босфоре и со всех сторон. В то же время сама вода Босфора состоит из разнонаправленных течений. Одно из течений, неглубокое, переносит вас из Чёрного в Мраморное море. Если вы приникнете чуть глубже – совсем как древние рыбаки, которые умели туда бросать якорь, – противоположный поток течёт из Мраморного и Средиземного в Чёрное море. А всё дело в разном содержании соли в воде – в Чёрном море вода менее солёная, чем в Средиземном. Чёрное море в древности было озером, а Босфор открылся примерно в 2500 г. до н.э. Название «Босфор» происходит от слов βοὸς πόρος («коровий путь»). Это путь, на котором всё может измениться, продвинуться или развалиться. Я хотела обратиться ко всем скрытым течениям современной Турции.

И ещё одна вещь «прежде чем падёт занавес» – здесь я апеллирую ко всем этим уровням: больше соли или меньше – вот что провоцирует движение воды повсюду в мире. «Вся соль» не во вращении земли или направления ветра. Волны и течения зависят от разницы в содержании соли в воде. Так же существуют течения людей, идей, войн, оружия, любви – всего, но они не всегда так заметны. Археология и психоанализ, и то, и другое – вот два главных инструмента в моих исследованиях.


Одно из мест проведения биеннале: Küçük Mustafa Paşa Hammam

Вне разнообразных исторических и географических аспектов в чём связь современного искусства с жизнью?

Названием «СОЛЁНАЯ ВОДА» я обращаю внимание и на цифровые технологии. Соль – это самое опасное вещество для мира электроники. Если вы положите мобильный телефон в пресную воду а потом в течение нескольких дней оставите просушиться в миске с рисом, он снова заработает. Но если телефон окажется в солёной воде, то будет испорчен, потому что соль – это самое разрушительное вещество для меди и микросхем, использующихся в цифровых приборах. Химическое взаимодействие воды с солью опасно для приборов. Отрицательные ионы соли притягивают частицы нестабильных молекул, что их, собственно, и разрушает. Я происхожу из Arte Povere и всегда думаю о химических трансформациях и воздействии окружающей среды на материал. Вспомните скульпторов двухсотлетней давности, как они учитывали взаимодействие веществ. Они знали, как материал будет реагировать, чего материал «хочет» в смысле обработки, какой инструмент следует использовать, и они находили наилучший путь к самовыражению благодаря возможностям материала. В результате разобщения сознания и тела в современном мире всё изменилось – материал берут и делают из него нечто или даже заставляют его стать чем-то иным. По-моему, чтобы быть художником, вы должны понимать эти взаимодействия. Это как кататься на волнах: нужно уметь управляться с ветром, нужно уметь ждать часами волну, нужно знать, что пройдут, вероятнее всего, восемь волн, пока не накатит девятый вал, который и вынесет вас к результату.

У жизни есть связь с искусством, но в более широком значении: искусство связано с политикой технологий, которыми мы пользуемся, и их хрупкостью. Этот мир силы на самом деле очень хрупкий. Об этом рассказывали алхимия и философия. На такого рода рассуждениях и строится экспозиция «СОЛЁНАЯ ВОДА».


Одно из мест проведения биеннале: дом Троцкого

Каким образом вы интегрировали в биеннале исследования океанографов и нейробиологов?

Большинству известных мне художников скучно участвовать в выставках, где есть только их «коллеги по цеху». Им действительно нравится встречаться с такими физиками, как Антон Зайлингер (Anton Zeilinger), или океанографами, как Эмин Озсой (Emin Özsoy), поскольку их знания вдохновляют и им нравится делиться своим опытом. Я это делаю для искусства, а не для науки. В мире принято разделять гуманитарные и естественные науки, но художники не отделяют их друг от друга.

 

* Ирена М.Глудовач живёт в Вене. Международно признанный автор, куратор, эксперт по коммуникации фондов, музеев и корпораций. Она также является соавтором книг «Страсть к искусству: коллекционеры и их дома» (2005) (A Passion for Art: Art Collectors and Their Houses) и «Глобальное искусство» (2009) (Global Art).