Радиоприёмник Сюрприз, Модель 1958 года

В СССР дизайн был! 0

Ольга Абрамова
o5/12/2012

Выставка «Советский дизайн в 1950–80-е» в Большом Манеже. 30.11. 2012–20.01.2013

Судя по многолюдному и шумному вернисажу, музей дизайна Москве давно необходим.

Правда, то, что пока получилось, на привычный музей похоже не очень – цокольный этаж Центрального выставочного зала «Манеж», как барскую квартиру, поделили на троих, по650 метровкаждому. Одна  перегородка отделяет дизайн от «Книги художника», а другая – от «Музея экранной культуры». Но и эти650 метров– счастье, упавшее с небес – из Департамента культуры Москвы.

Поначалу команда соратников во главе с Александрой Саньковой – теперь директором Московского музея дизайна,  готова была открыть музей хоть в овощном ларьке, потому что «главное было начать». Идея ларька сменилась идеей коневозки  и, наконец, обрела реальность с помощью директора коломенской «Автоколонны 1417», который подарил будущему музею старый автобус.


Электрический обогреватель

Музейщики заказали фирменный стиль голландцам из Lava Amsterdam, провели грамотную пиар-компанию, договорились с Центром дизайна Artplay о помещении в бывшем бомбоубежище, в мае 2012 года официально зарегистрировали музей в качестве частного учреждения культуры и были готовы «нести дизайн в массы» с помощью своего мобильного зала  – переоборудованного автобуса. И тут руководить Манежем по приглашению главы Департамента культуры Москвы Сергея Капкова пришла Марина Лошак, уважаемая профессиональным сообществом галеристка и куратор. Она оценила потенциал проекта Саньковой со товарищи, и дизайн получил свой кусок выставочного пространства и место для хранения архива в главном зале столицы.


Kукла Неваляшка. 60-е гг.

Ни о какой кабинетной музейной работе речь пока не идет. Музей должен сам искать деньги под свои проекты – добиваться грантов, убеждать спонсоров, заинтересовывать фонды и привлекать зрителей.

Свои блестящие возможности новая институция продемонстрировала уже на первой выставке, которая собиралась в рекордные сроки. Её решили посвятить российскому дизайну послевоенного времени, и чтобы привлечь широкую публику (про себя всегда интереснее), и чтобы показать, что кроме «ВХУТЕМАСа» и конструктивизма нам есть, о чём вспоминать. По дороге уточнялись временные рамки, которые с первоначальных 60–70 гг. расширились до 50–80 гг.


Сумка для яиц

Готовя выставку, команда музея работала сразу на всех направлениях. Сотрудники договаривались с частными и государственными владельцами интересных предметов, покупали будущие экспонаты в самых неожиданных местах, вплоть до интернет-аукционов, вроде «Молотка» (говорят, что-то даже нашли на помойке), устанавливали авторство доселе безымянных вещей, искали живых авторов, собирали архивы.


Телевизоры Юность-406 и Электроника Ц-401, собр. Музея индустриальной культуры

Азарт устроителей легко передался публике, собравшейся на открытие. Зрители в восторге бродили по залу (архитектор всего этого коммунального пространства – Юрий Аввакумов) от уникального «Москвича» с правым рулем, мимо кукол «Неваляшек» и игрушечных машин, молочных бутылок с алюминиевыми крышечками и утюгов к пылесосам, телевизорам и магнитофонам. Такие знакомые всем предметы – о! я помню такую штуку, а это совсем как у мамы! – в выставочном пространстве преобразились и заставили присмотреться к себе внимательнее.


Графический дизайн выставки Металлообработка 

Выставка показала очевидное – никакой железный занавес не герметичен. Тем более после смерти тирана и таких мощных залпов, как Фестиваль молодежи и студентов или Национальная американская выставка в Москве. Все периоды развития мирового дизайна отражаются в нашем художественном конструировании (правда, зачастую, далеким эхом). Особенно это заметно в уникальных изделиях или прототипах, так никогда и не превратившихся в серийную продукцию из-за неповоротливости планового хозяйства. Есть и ар-деко в исполнении рижских мебельщиков, и стримлайн холодильников и стиральных машин, кажется, вот-вот стартующих в небо, и поп-арт пластмассовых игрушек и шкатулок, и старый добрый функционализм шедевров вроде сетки для яиц или электрического обогревателя. Хорошо представлен бренд, который Советский Союз подарил миру в шестидесятые, – космос. Мы, конечно, не так блестяще, как европейцы и американцы, разыграли эту тему, но спутник-то всё равно советский, а «космические» пылесосы и часы принесли его образ в каждый дом.


Слуховой аппарат на манекене. Макет по дизайну Н.Слесарева

На выставке много хорошей промграфики, или, как мы сегодня говорим, графического дизайна – от этикетки всеобщей любимицы «Столичной» и киноафиш до строгих логотипов В.Акопова. Есть документальные свидетельства институционального становления дизайна в СССР – создания ВНИИТЭ (всесоюзного НИИ технической эстетики) и Сенежской студии Е.Розенблюма. Есть выпуски журнала «Техническая эстетика», единственного советского специального журнала по дизайну. Небольшие плазменные экраны дают возможность послушать рассказы профессионалов, специально записанные к выставке.


Каталог эстонских прохладительных напитков. 60-е гг.

Нынешняя экспозиция точно попала в популярное сегодня в России настроение тоски по советскому периоду – мол, было, было в те времена много хорошего. Мы же сегодня устали от вала китайского китча или икейского функционализма, и теперь так приятно увидеть, что в нашем «суверенном» дизайне тоже было много интересного. Но не стоит забывать, что часто это интересное появлялось не благодаря, а вопреки обстоятельствам.


Космические пылесосы. 60-е гг.

Выставка при всей бенефисности всё же очень грустная. Она не только о красивых и полезных вещах, а ещё и о бессмысленных усилиях, несбывшихся надеждах, унижении и потерянном времени.

Хорошо бы в разговорах о советском дизайне за умилительной ностальгией не забывать о суровой реальности. О таких красивых словечках, как «дефицит» или «достать». О том, что если и удавалось заполучить местный дизайнерский шедевр, то часто его нужно было доводить до ума и бесконечно чинить. О том, что самостоятельные проекты всегда были большой редкостью. В нынешней экспозиции есть наглядный этому пример – роскошный радиоприемник «Звезда-54», в экспликации к которому с сожалением отмечается, что это точная копия французского образца. Очевидцы рассказывали, как популярна была библиотека ВНИИТЭ, потому что там можно было поработать со свежими зарубежными журналами.


Диван из комплекта «Рига». 1957 г.

Очень хочется настоящей истории без придыхания и эмоциональных восторгов, с точными акцентами, учитывающими политические и идеологические обстоятельства того сурового времени.

Но на празднике, как на празднике, а серьёзная работа впереди. И замечательно, что она в руках такой сплочённой, профессиональной и полной энтузиазма команды. Наверняка нас ждут новые сюжеты, открытия и исследования. Про мобильный зал тоже обещают не забывать.


Контейнер для швейных принадлежностей. 60-е гг

И тогда мы сможем уверенно заявить, что в СССР дизайн был. В отличие от секса.