Екатерина Сисфонтес. Секунда

На Московской биеннале покажут «Паноптикум» 0

 09/09/2015
Arterritory.com

Экспресс-интервью с с одним из организаторов и кураторов проекта «Паноптикум», галеристом и коллекционером Еленой Комаренко

«Как жить вместе? Взгляд из центра города в самом сердце острова Евразия» – таков девиз грядущей 6-й Московской биеннале, которая начнётся в столице России уже 22 сентября. В этом году у биеннале очень широкие и разнообразные специальная и параллельные программы, которые тоже встраиваются в поле этой дискуссии. Пример тому – и специальный проект «Паноптикум», где художники решают проблему «как жить вместе?» в контексте взаимодействия науки и технологий с современным искусством. Он откроется 26 сентября в московском Дворце культуры МГТУ имени Н.Э.Баумана. О преодолении разрыва между учеными и художниками, искусством и его аудиторией и о современных художественных экспериментах нам рассказала один из организаторов и кураторов проекта «Паноптикум», галерист и коллекционер Елена Комаренко.


Дмитрий Каварга. Энергия тупика

В чём вы видите задачу проекта «Паноптикум»? Для чего он должен появиться на свет?

Перед нами стоит задача показать современные возможности искусства, познакомить зрителей с нетрадиционными формами подачи изображения, предоставить возможность каждому посетителю выставки задать себе вопрос: могут ли искусство и наука служить взаимным источником вдохновения друг для друга? Как могут художники внести новое слово в искусство и почему вообще они стремятся уйти от традиционной школы? При этом мы действительно не стремимся однозначно ответить на эти вопросы, а оставляем возможность для дискуссии. Кроме того, мы хотим обратить внимание зрителей на то, что обычно остается незамеченным, но при этом оказывает влияние на ход нашей жизни, культурные и социальные процессы.

А что именно остается незамеченным, но оказывает внушительное влияние на ход нашей жизни? Как вы это трактуете?

Многое из того, что происходит с нами в жизни, мы воспринимаем как само собой разумеющееся, не придавая значения скрытым смыслам. Обращаем внимания на слова, а не на скрытые намерения человека, который говорит. Смотрим на маски, но не задумываемся, кто прячется под ними. Правда может травмировать, поэтому часто она принимает завуалированные формы. Художники исследуют важные темы, не противопоставляя себя социуму, не издавая политические манифесты, а заставляя задуматься, постараться понять замысел и пропустить через себя полученную информацию. В каждой работе участников «Паноптикума» зашифровано послание зрителю.


Дарья Суровцева. Трон

В чём для вас притягательность взаимосвязи науки, технологий и искусства? Ждёт ли нас тут некое новое Возрождение?

Новаторский подход ряда современных художников, которые в своей работе осуществляют связь между искусством и наукой, действительно похож на путь к новому Возрождению. Я думаю, ощущение того, что мы находимся в преддверии каких-то серьёзных культурных перемен, близко многим людям, вовлечённым в сферу современного искусства. Хочется, чтобы пессимизм и разговоры об отсутствии, например, арт-рынка в нашей стране сменились наконец здоровым воодушевлением.

Но не кажется ли вам, что объективное состояние общества скорее напоминает сползание в сторону нового Средневековья – это желание всё упростить, разложить на схемы, проконтролировать? Есть ли у science art потенциал противостоять этим тенденциям?

Скажу сразу, модный и часто используемый сейчас термин science art не имеет отношения ни к нашему проекту, ни к деятельности художников-новаторов в целом. Science art – это искусство, создаваемое в научных лабораториях, предполагающее междисциплинарное сотрудничество художников и ученых, в нашей стране практически никто не занимается этим.

Арт-группа из Екатеринбурга «Куда бегут собаки», например, работает совместно с программистами, астрономами, оптиками, соединяя в своих инсталляциях научную точность и художественное воображение, как они сами говорят, «обнажая надежды на научные открытия».

Думаю, искусство вообще, а science art в особенности, пока не имеет достаточного потенциала, чтобы влиять на состояние общества. Как художники оторваны от зрителя, так и потенциальная аудитория пока не готова воспринимать научные эксперименты и тем более принимать их за искусство.

Пройдёт время, десяток лет, и тогда в школах будут изучать предмет «Современное искусство», уверена в этом.


Елена Комаренко вместе с художником Дарьей Суровцевой

Разделяют ли ваш собственный позитивный настрой другие члены команды и сами художники?

Внутри команды «Паноптикума» – с инициатором проекта Максимом Егоровым и куратором Алёной Шаповаловой – наши взгляды совпадают. Мне повезло работать с людьми, которые как в своей работе, так и в произведениях художников прежде всего ценят интеллектуальную составляющую. Именно на статус интеллектуального арт-проекта «Паноптикум» и претендует.

Что касается настроя самих художников, то уже то, что у авторов есть реализуемая потребность и стремление самовыражаться через технологичные, медийные художественные средства, – это показатель. Параллельно на фоне арт-исследователей и художников-изобретателей сегодня с не меньшим успехом творят и чистые живописцы. В целом же сегодняшний мир искусства чрезвычайно разнообразен, именно поэтому любые ярлыки, которые часто пытаются ему присвоить, за ним не закрепляются. Этот мир не статичен – он всё время в движении, и этим очень привлекателен.

Но знакомство с этим миром требует известного напряжения интеллекта и фантазии. В то же время в постсоветских обществах вокруг самого понятия «современное искусство» зачастую витает некий скептический ореол. То ли дело «классика», с ней всё проще...

В вопросах художественных пристрастий я – либерал, и считаю, что если то или иное произведение появилось, значит, это кому-то нужно. Проблема современного искусства, по-моему, заключается скорее не в странности и неоднозначности самих форм этого искусства, но в нашем неумении и нежелании его понять. То есть зритель очень часто не способен воспринять произведение искусства, и это уже обусловлено рядом нынешних культурных и социальных проблем. Иногда мне кажется, что современное искусство просто-напросто опережает своего зрителя, оно обращается к аудитории, которой ещё нет.

Видеодокументация работы Владимира Потапова «Дуэль» 

Аудитория «Паноптикума» тоже ещё не появилась или вы всё-таки рассчитываете, что эти работы будут поняты и приняты зрителями?

И то, и другое. Мы, кураторы, и сами художники, участники «Паноптикума», помогаем зрителям в интерпретации их произведений. Уже сейчас мы много рассказываем о самих авторах, их художественных стилях и особенностях, демонстрируем процесс работы над произведениями и так далее. Обо всём можно узнать и спросить нас через социальные сети – у «Паноптикума» есть страницы в Facebook и Instagram. Кроме того, мы работаем над фильмом о проекте, где художники будут сами рассказывать о своей работе, своих идеях и своём видении искусства.

Конечно, воспитание, тренировка инструментария восприятия искусства – вещь важная, но насколько стоит это делать на самой выставке?

Зрителя, который делает первые шаги в направлении нетрадиционного искусства, нельзя оставлять одного, он может испугаться, уйти и больше не вернуться. И тем самым лишит себя возможности развиваться, идти в ногу со временем. Как часто вы слышите от людей: я не понимаю современное искусство? Я слышу постоянно.


Дмитрий Жуков. Русские кружева

Не могли бы вы выделить несколько наиболее интересных проектов из общего корпуса выставки и рассказать о них поподробнее?

Довольно трудно выделить кого-то – все проекты значимые, яркие. Для меня представляют интерес категории времени и пространства, которые затронуты в работах Сергея Катрана, Екатерины Сисфонтес, Владимира Потапова и других авторов.

У Сергея Катрана колесо времени – это одновременно и метафизический объект, вступающий во взаимодействие с пространством, и безжалостный механизм, управляющий судьбами. «Секунда» Екатерины Сисфонтес – лишь категория времени, измеряющая короткое движение, но за космические секунды пролетают жизни людей. У Потапова при переходе из одной исторической эпохи в другую человек может затеряться в пластах времени.

Вопросы времени, пространства так или иначе связаны с внутренними поисками. В процессе поиска самоидентификации человек Игоря Баскина наталкивается на стену, а результатом её преодоления становится рождение новых биоморфных форм существования в исполнении Дмитрия Каварги и Aljoscha.

Некоторые работы даже для кураторов будут сюрпризом потому, что готовятся специально для «Паноптикума». Мы представляем, какой объект должен быть, но впервые увидим его только при монтаже. Дмитрий Каварга, Дарья Суровцева, Денис Патракеев готовят для зрителей что-то особенное. Игорь Баскин покажет новую работу-перформанс, а Марина Рагозина монтирует фильм для демонстрации в кинотеатре Дворца культуры Бауманки. Все участники проекта вовлечены в работу над проектом. Приходите – будем рады.

 
Сергей Катран. Колесо времени