Фото: Кристине Мадьяре

Именно будни занимают больше всего нашего времени 0

Куратор Инга Лаце отмечает «горячие точки» фестиваля современного искусства Survival K(n)it 7, который открылся вчера в Риге

04/09/2015
Рита К.Зумберга

«Современное искусство – как лакмусовая бумажка, оно довольно точно отражает, что же в действительности происходит с обществом. Оно не только поддерживает открытость в человеке, но и довольно часто помогает понять, готовы ли мы принять альтернативные точки зрения, которые постоянно затрагивают разные социальные и политические темы», – размышляет вслух куратор Survival K(n)it Инга Лаце.

Переживший символическую метаморфозу и специально переименованный фестиваль современного искусства Survival K(n)it пройдёт в Риге с 4 до 20 сентября в освободившемся год назад бывшем здании Национальной библиотеки, побродить по коридорам и залам которой – уже сам по себе интересный опыт. И при этом действительно создаётся впечатление, что разместившиеся здесь объекты и инсталляции были тут всегда, по крайней мере, выглядят они очень органично. Хотя в программе нынешнего фестиваля не только сама экспозиция, но и перформансы, концерты, лекции и их обсуждения – ведь дискуссии всегда были важной составной частью SK. В этот раз настоятельно требующие внимания, актуальные и в локальном, и в глобальном масштабе темы фестиваль старается нащупать в повседневных процессах, взаимно переплетая, связывая разные группы общества, частные и общественные пространства, выделяя в своих проектах сотрудничество и социализацию.

Латвийскому Центру современного искусства и кураторам Солвите Кресе и Инге Лаце в процессе организации фестиваля на этот раз удалось подключить около сорока художников и арт-групп из Латвии и из-за рубежа, которые с точки зрения разных художественных медиа и социальных практик привлекают наше внимание к хореографии повседневных дел, предлагая взглянуть на них как на некий совершенно особенный опыт.


Инга Лаце. Фото: Рита К.Зумберга

Вы не боитесь называть Survival K(n)it наиболее масштабным событием современного искусства в Латвии. Видимо, с увеличением опыта ваши наработки всё множатся и организационный процесс становится всё легче?

С каждым годом всё большую ценность фестивалю придают именно художники, число которых может меняться, но в этом году оно довольно значительно – всего около сорока авторов. Это – самая вызывающая, самая трудная и иногда самая интересная задача – углубиться в работу каждого, в его творческое развитие, чтобы выделить какую-то общую ткань и сформировать фундамент фестиваля. Конечно, параллельно, «за кулисами», происходит множество процессов и дискуссий – и между художниками и кураторами, и между коллегами-организаторами и самыми разными подключёнными к проекту людьми. В то же время приходится смиряться с отказом от каких-то частей проекта.

А что в этот раз было решено «урезать»?

Вначале фестиваль задумывался как архипелаг – со многими островами и многими небольшими выставками, в центре которого была бы одна – самая обширная. Однако в ходе процесса, оценив все возможности, вместе с нашими партнёрами из Tensta Konsthall в Стокгольме и WHW в Загребе мы пришли к заключению, что нам не хватит финансовой мощи: в конце концов, соединив все маленькие островки, мы «связали» всё в одно целое – создали одну большую экспозицию, один большой фестиваль.


Джамиль Камангер. Перформанс у латвийского Кабинета министров. 01.09.2015. Пресс-фото

Сама игра слов и развитие названия фестиваля от Survival Kit к Survival K(n)it довольно чётко намечает заданные вами важнейшие линии и темы. Но, может быть, есть некая история, приоткрывающая ход появления этой идеи? Как вы пришли к мысли о «связывании», социализации и сотрудничестве?

Примерно год назад эта идея пришла в голову моей коллеге Солвите Кресе – это был момент настоящего сатори! В тот момент и появилось понимание, что knit означает и вязание, и «связывание», и сотрудничество, и всё это одновременно рассматривается как повседневная, будничная деятельность. В дальнейшем эта мысль очень легко и естественно развивалась, и она показалась нам идеальной в качестве темы этого года.

В буквальном смысле мы разыграем эту идею в мастерской вышивания и бесед, которую будет вести базирующаяся в Норвегии группа художников The Stitch Project, выдинувшая идею о том, что процесс вышивания помогает разговаривать – причём даже на неприятные темы и о конфликтных ситуациях, которых обычно трудно обсуждать. В свою очередь, в день открытия фестиваля напротив здания Кабинета министров с перформансом неторопливого вязания выступит иранский художник Джамиль Камангер (Dzamil Kamanger). Обычно он в привычной для иранцев технике вручную вяжет паспорта уже несуществующих государств, таким образом символически обрисовывая их исчезновение, однако на этот раз Джамиль вышьет путевой документ беженца, сигнализируя об актуальной в настоящее время проблеме – отказе в приёме беглецов и вечном вопросе – принадлежишь ли ты вообще к какому-то месту?


Один из вязанных паспортов Джамиля Камангера

Какие ещё художники и их работы так же метко иллюстрируют идею Survival K(n)it этого года? Каковы самые «горячие точки» программы? 

Здесь хотелось бы выделить работу художника Кристапса Эпнерса, в которой он собрал задокументированные за многие годы свои повседневные пробежки – запечатлевая свой путь и всё на нём увиденное с помощью мини-камеры и записывая маршрут на карту благодаря GPS. И только увидев всё это вместе, мы понимаем, что в действительности эта вроде бы однообразная деятельность всякий раз превращается в настоящее приключение. Становится ясно, что каждая пробежка на самом деле отличается от другой. Мне кажется, что эта мысль соответствует основной идее фестиваля – повторение и привычность повседневных дел довольно часто делает их «невидимыми», но Эпнерс хочет подчеркнуть, что именно тут и рождается каждый раз новое и особенное ощущение.


Дэвид Бернштейн. Spatula (Лопатка). 2011. Пресс-фото

Также очень интересна работа Дэвида Бернштейна (David Bernstein) с лопатками для выпечки – он, используя бесконечные возможности воображения, не только сам создаёт необычные объекты, но также коллекционирует разного рода такие лопатки, открывая их для себя даже в палочках от мороженого и в других неожиданных предметах. Их разнообразие больше всего подчёркивает элементарная расстановка в ряд. Символизируя таким образом то, что обыкновенный предмет может стать объектом воображения, Бернштейн отзывается на терапевтическую «Игру в лопатки», придуманную психологом ХХ века Дональдом Уинникоттом (Donald Winnicott). В неё включаются дети, для которых помещённая на достижимом для них расстоянии лопатка становится объектом воображения, превращаясь, например, в самолёт. И на самом деле эту способность воображать можно отнести и к взрослым... 

Ещё идеи фестиваля великолепно иллюстрирует базирующаяся на истории библиотеки работа Андрея Строкина – когда три месяца назад мы осмелились зайти в это помещение, то натыкались на бесчисленные оставленные там вещи: были и карточки, и лишние экземпляры книг, и всякие личные праздничные фотоальбомы, а также какие-то засушенные розочки. Всё это и увековечил фотограф, чтобы сформировать археологию здания. Это очень интересно – какой открывает себя жизнь внутри здания и что она оставляет после себя при переезде?


Андрей Строкин. Симфония для библиотеки. Объекты, коллажи. 2015. Пресс-фото

Если речь зашла о самом помещении, хотела бы спросить, почему вы решили сконцентрироваться именно на этом месте? Вы в своё время рассказывали, что, используя для проведения мероприятия различные помещения в городской среде, вы таким образом стараетесь побудить людей познакомиться поближе с «закулисьем» Риги.

Да, и на предыдущих фестивалях создание альтернативной карты города мотивировало открывать новые места, но это всегда было в своём роде набором неожиданностей, связанным с доступностью определённых зданий и отзывчивостью подключённых к этому людей и инстанций. Вот и полгода назад мы ходили по городу и наблюдали, что изменилось, что произошло, может быть, что-то освободилось... Обычно после таких экскурсий следует выяснение того, кто же является управляющим зданием, и начинаются переговоры – так в наше распоряжение попало и помещение библиотеки. То, что оно сейчас покинуто, подчёркивает заодно и проблемы планирования и развития города, на которые указывают также другие пустующие здания в самом центре. В то же время для наших целей эти помещения идеальны, пусть даже чисто символически.

Если самый первый фестиваль можно было бы назвать спонтанной реакцией на порождённую кризисом ситуацию, то во что же с течением времени вырос этот уже седьмой Survival K(n)it? Чем он стал для латвийского общества, для художников и прочих связанных с этим процессом людей?

Из спонтанной реакции фестиваль превратился в тщательно продуманные наблюдения и цепочки реакций на них, всё это в каком-то смысле отвечает на вопросы о том, что же происходит в мире и в том числе в Латвии, на что стоило бы обратить внимание? Я думаю, что в этом и кроется мощь фестиваля – сумев вырасти до уже намного более планируемого события, мы теперь способны привнести в художественную среду Латвии ещё более крупные и амбициозные проекты, потому что зарубежные и отечественные художники могут успеть их подготовить.


Андрей Строкин. Симфония для библиотеки. Объекты, коллажи. 2015. Пресс-фото

Вы говорите, что художники фестиваля своими работами отвечают на вопрос, что сейчас происходит в мире и в Латвии; можете ли вы очертить свои наблюдения? Что же там реально происходит?

В наши дни, переживая столь сильное ускорение темпа жизни и всё время встречаясь с новыми импульсами и разнообразными вещами, притягивающими наше внимание, мы довольно часто начинаем воспринимать повседневность как тяжёлое и рутинное явление. У Талиса Тисенкопфса пару лет назад была отличная статья, в которой он анализировал отображение повседневности в латвийской поэзии, – именно там появилась фраза «будни убивают» или что-то подобное, отражающая по сути отношение людей к своей повседневности. В ту же сторону клонятся и фантазии художников и других представителей творческой сферы о том, что рутина – это то, что убивает, и надо всё время находиться в непрерывном вдохновляющем процессе, хотя в действительности именно будни занимают больше всего нашего времени, и по сути в них мы и живём. Нам показалось интересным понаблюдать за всем этим и попытаться выделить эти тенденции, чтобы задуматься над проблемой самим и предоставить такую возможность и всем прочим.

Во-вторых, в процессе обострения глобального контроля над обществом очень значимой становится написанная в 60-х годах прошлого века французским философом Мишелем де Серто (Michel de Certeau – ред.) работа «Practice of Everyday Life», в которой он высказывает свою уверенность в том, что правительство и другие органы власти занимаются стратегиями – а значит и планированием, которое включает в себя контроль, а сами люди занимаются тактиками, т.е. чем-то, что отталкивается именно от повседневных действий. Повторяя целый ряд как будто бы совсем незначительных рутинных дел, мы в этом охваченном неолиберальным капитализмом мире можем увидеть лучик надежды – в наблюдениях за повседневностью показать потенциал сопротивления и позволить «маленьким вещам» изменить привычный ход событий в мире.

 Несколько фотографий с открытия фестиваля. Фото: Кристине Мадьяре


На созданной Андреем Строкиным экспозиции «Симфония для библиотеки»


Видеоработа Катрины Нейбурги и Андриса Эглитиса


Карлис Верпе у инсталляции Дэвида Бернштейна «Лопатка»


Экспозиция «Глажка» арт-группы Klīga


Экспозиция Кристиана Бректе «Страх»

www.survivalkit.lv